Перспективы и риски многонациональных районов равнинного Дагестана (II)

Публикации | Константин КАЗЕНИН | 21.10.2011 | 18:00

3. "Свои среди чужих": равнинные села, не входящие в равнинные районы

Данный раздел посвящен ситуации в селах, находящихся на землях отгонного животноводства. Их особенность состоит в том, что они находятся на землях республиканского подчинения - таковы, согласно региональному закону 1996 года, все земли отгонного животноводства в Дагестане.

3.1. Муниципальный статус и его последствия

Равнинные села, не являющиеся муниципальными образованиями в составе равнинного района (кутанные села), как уже отмечалось, бывают двух типов. Во-первых, это села со статусом муниципального образования одного из горных районов (большинство этих сел объединено с одним или несколькими горными селами в единый сельсовет, входящий в горный район). Во-вторых, это кутанные поселения, вовсе не имеющие статуса муниципального образования (села "без статуса"). Села, официально относящиеся к горным районам, - как правило, достаточно крупные, не менее 30-40 дворов. Среди сел "без статуса" есть не только крупные поселения, но и хутора, в которых живут 1-2 семьи. Большинство жителей кутанных сел имеют постоянную регистрацию в горах - иногда в селах, которые фактически необитаемы и которые находятся за несколько сот километров от равнинного села.

Собственное местное самоуправление в селах "без статуса" отсутствует. Есть как минимум две модели самоорганизации таких сел. Модель первая: жизнь села контролирует глава горного района, он назначает неформальных ответственных за различные стороны жизни села.

Глава горного района:

Я обратился, чтобы сельская администрация там (на кутанном селе без статуса, где живут люди из данного горного района - К.К.) была. Это же 500-600 км от горного сельсовета. Там сейчас ничего нет. Я одного человека сделал своего, его держу, для общения, нормально чтоб было, чтобы они оторваны от района не стали. Я там держу людей - и по технике, и по налогам. Пять-шесть человек там держу.

Модель вторая: селение находится под контролем местного самоуправления "родного" горного села. Так часто происходит в случае, если горное село осталось почти необитаемым. Нередко и глава такого села постоянно проживает на кутане. Впрочем, есть случаи, когда на кутане постоянно живет и глава достаточно населенного горного села. Например, глава горного сельсовета, в который входят два села - с 80 и с 40 хозяйствами, постоянно живет на кутане одного из этих сел на территории Каякентского района.

Постоянное нахождение главы села на кутане удобнее для жителей: по крайней мере для вопросов, находящихся в ведении сельского самоуправления, не надо отправляться в горы. Однако вопросы, решаемые в ЗАГСе, паспортном столе, военкомате, требуют поездки в горы в любом случае (разнообразнее ситуация с налоговыми инспекциями, которые сейчас в Дагестане в основном межрайонные). Такая поездка может быть не очень большой проблемой, например, для жителей кутанов на территории Каякентского и Дербентского районов, т.к. их горные районы обычно находятся в относительной близости от кутанов. Иная ситуация в Бабаюртовской зоне - ее жители, чтобы получить нужную подпись или печать в горном районе, должны проделать путь в 300-500 километров. (Конечной целью таких поездок является не свое горное село, а центр сельсовета, к которому это село относится, или райцентр, в зависимости от требуемой бумаги.)

Если же село на равнине официально входит в состав горного района, то оно может быть либо быть муниципальным образованием этого района, либо входить в состав одного из сельсоветов этого района. Есть случаи, когда сельсовет горного района полностью находится на равнине. Например, все три села, входящие в сельсовет Качалайский Бежтинского муниципального участка, находятся на территории Бабаюртовского района. Чаще, однако, равнинное село входит в единый сельсовет с несколькими горными селами, как например, село Шаласи на территории Каякентского района, вместе с тремя горными селами входящее в Сутбукский сельсовет Дахадаевского района. У сел, входящих в состав сельсовета, нет своих глав. Распространена ситуация, когда глава сельсовета живет в горах, а один из его заместителей - в равнинном селе. Однако для всех вопросов, находящихся в компетенции района, ездить в горы приходится и жителям кутанных сел, имеющих муниципальный статус. 

3.2. Этнический состав и миграция

Этнический состав кутанных сел зависит от того, за каким горным хозяйством был закреплен кутан. В советское время большинство колхозов и совхозов в горной местности были однонациональными по составу, поэтому однонациональны в большинстве своем и кутанные селения. Более того, чаще всего в них живут выходцы всего из одного горного села, даже если в советское время из-за укрупнений колхозов кутан временно принадлежал хозяйству, объединившему несколько сел. Например, в селе Ицари Дахадаевского района с 1937 по 1979 год существовал отдельный колхоз, в 1979 году он был объединен с хозяйствами других сел, а в 1990 году вновь обрел "независимость". Эти процессы объединения и разъединения никак не повлияли на население кутана села Ицари (Иван-кутан), находящегося на севере Дербентского района: в нем неизменно проживали и проживают только жители данного села (в настоящее время - за исключением одного школьного учителя, снимающего на кутане жилье; этот учитель также является выходцем из Дахадаевского района). Можно сказать, что ограничения на миграцию, существующие в горных селах, воспроизведены и в кутанных поселениях. Для жителя горного Дагестана обычаями затруднена возможность приобретения жилья и земли в селе, не являющемся для него родовым. Так же обстоит дело и на кутанах. В этом их отличие от многих равнинных сел, в которые в 1960-70-е гг. шло плановое переселение горцев без всякой связи с горными колхозами или совхозами, т.е. вне "кутанной" модели: такие села часто многонациональны, нередко в них даже смешиваются жители разных районов (см. о таких селах ниже).

Распространены также кутанные поселения, в которые переселились жители нескольких близлежащих горных сел, чаще всего - образующих ныне единый сельсовет. Например, в уже упомянутом селе Шаласи живут выходцы из трех таких горных сел. На кутанах восточной части Бабаюртовского района, населенных лакцами, часто живут жители двух-трех соседних горных сел.

Более редкий тип кутанных сел - это села, которые в советское время объединили выходцев из большого количества населенных пунктов одного горного района. Примером может служить село Цадах на территории Бабаюртовского района. В 1960-е годы оно возникло при межколхозном хозяйстве Чародинского района. Название "Цадах" (по-аварски "единство") было призвано подчеркнуть, что село объединило представителей разных горных общин. Интересно, что сегодня национальный состав Цадаха отражает состав Чародинского района с большой точностью: в районе, кроме аварских сел, есть одно лакское (Шалиб), и в Цадахе также живут три лакских семьи.

Отмеченный "консерватизм" расселения в кутанных селах не означает, что сейчас в них и из них вовсе не наблюдается миграция населения. По свидетельству глав горных районов, переезд сельских жителей с гор на "свои" кутаны сейчас продолжается, хотя идет менее активно, чем в советское время, и, разумеется, не является организованным. Так, по оценкам администрации Рутульского района, с 2005 года по настоящее время из района на кутаны переместилось около 100 хозяйств (всего в районе, по данным администрации, около 5200 хозяйств). Жители ряда кутанных сел, однако, отмечали, что в последние 15 лет в их село с гор никто не переселялся. По свидетельству жителей селения Губа-кутан (село "без статуса" в Каякентском районе, населенное даргинцами Дахадаевского района), из их родного горного селения жители предпочитают переселяться не на кутан, а в соседние с ним даргинские села, входящие в состав Каякентского района, - там жизнь благоустроеннее, и есть возможность получить постоянную регистрацию. Жители этого же села рассказывают, что и с самого кутана примерно десять хозяйств в последние десять лет переселились в даргинские села Каякентского района. Также практически со всех кутанных сел идет активная миграция в Махачкалу, Каспийск и их пригороды - эта тенденция общая для всего равнинного Дагестана.

По-видимому, сегодня практически отсутствует сезонная миграция с гор на кутаны и обратно, хотя именно такая миграция соответствовала бы первоначальному замыслу "отгонных" хозяйств. Процент жителей кутанного села, у которых сохранился также жилой дом в горах, обычно невелик. Так, из 50 семей, проживающих в селении Губа-кутан, дома в горах имеют около 10. Отсутствие сезонной миграции - самый надежный показатель того, что система отгонного животноводства, при которой жители переселялись на лето на равнину для обеспечения выпаса скота, сейчас практически не работает (хотя некоторые отголоски ее сохранились, о чем речь ниже).

3.3. Земля и сельское хозяйство

Земля, используемая кутанными селениями для сельскохозяйственных нужд, является республиканской собственностью в соответствии с законом Республики Дагестан "О статусе земель отгонного животноводства". За редкими исключениями, земля, на которой стоят жилые дома кутанных селений, тоже относится в землям отгонного животноводства. Земли отгонного животноводства могут находиться в аренде у муниципальных унитарных предприятий, подчиняющихся горному району, у СПК, реже - у акционерных обществ, занимающихся сельскохозяйственным производством. Есть также случаи, когда земля арендуется ГУПом республиканского или федерального подчинения, сотрудниками которого при этом являются жители села.

По закону вопрос об аренде земель отгонного животноводства должен решаться исключительно на республиканском уровне. Руководители кутанных хозяйств рассказывают, что на практике для получения в аренду земель отгонного животноводства требуется одобрение главы горного района, к которому относится кутанное поселение: именно глава района, как правило, договаривается о сдаче земли в аренду с республиканским Министерством имущества и земельных отношений. Договора аренды земель отгонного животноводства с Минимущества могут заключаться на срок до 49 лет. Распространенные сроки аренды - 20, 25 лет.

Сам механизм такого оформления прав на землю ставит кутанные села в более сложное положение, чем другие населенные пункты Дагестана. Рынок земли пребывает под достаточно жестким административным контролем во всей республике (см. примеры в последующих разделах), однако в селах, являющихся муниципальными образованиями того района, на чьей территории они находятся, этот контроль - местный, ключевую роль в земельных вопросах играет глава района, важное место может занимать и глава села. Это люди, так или иначе прошедшие через выборные процедуры, хорошо известные местным жителям, "свои" даже для тех, кто по каким-то причинам пребывает с ними в натянутых отношениях. В кутанных же селах вопросы о земле находятся во власти махачкалинских правительственных чиновников, к которым у жителей чаще всего просто нет прямого доступа.

В северных районах дагестанской равнины - Ногайском и Тарумовском - земли отгонного животноводства составляют почти исключительно пастбища. Южнее значительная часть отгонных земель может использоваться и в качестве пашен. Например, по данным Минсельхоза Дагестана, по состоянию на 2003 год в Каякентском районе на землях отгонного животноводства 4002 га составляла пашня, 7946 га - пастбища; в соседнем Карабудахкентском районе в том же году пашня на землях отгонного животноводства составляла 1453 га, пастбища - 3579 га, сенокосные земли - 51 га. Культуры, которыми засеваются пашни, зависят от климатической зоны и различны в разных районах. Например, в Бабаюртовском районе выращивают люцерну, рис, бахчевые, зерновые. На отгонных землях в южной части Дагестана, наряду с зерновыми, выращивают виноград.

Сельхозпредприятия кутанных селений, как правило, работают на пашне, иногда имеют и собственный скот. Чисто скотоводческие предприятия распространены только на севере республики. В кутанных селах, где есть хотя бы несколько десятков дворов, процент работников СПК к общему числу жителей, как правило, незначителен. Например, в селе Шаласи на территории Какентского района (180 дворов) в СПК, по свидетельству его руководства, постоянно работают 15 человек, дополнительно к ним набирают около 60 сезонных рабочих. В селе Морское на территории Дербентского района (367 дворов) в СПК работает 11 человек. В селе Цадах на территории Бабаюртовского района, где сейчас 180 хозяйств, в местном сельхозпредприятии работает 50-60 человек. Жители, не работающие на сельхозпредприятии, либо зарабатывают средства к существованию вне села (см. об этом подробнее в разделе 3.5 "Работа"), либо живут собственными сельхозтрудом.

Пашня либо полностью обрабатывается сельхозпредприятием, либо частично передается в пользование местным жителям. Чаще всего эта передача никак документально не оформляется. В Бабаюртовском районе распространена ситуация, когда пашню сдают местному населению под посадку бахчевых культур. Эта сдача - сезонная, так как посадка бахчевых там чередуется с посадкой кормовых культур, которые разводят сельхозпредприятия. Опрошенные там нами жители сообщали, что годовая плата за гектар, которую население вносит сельхозпредприятию, составляет в этом случае 300 руб. В том же Бабаюртовском, а также в Каякентском районе население кутанных сел неофициально получает землю и для посадки зерновых. Например, хозяйство на территории Каякентского района, имеющее около 800 га пашни, сдает 263 га местным жителям под посадку озимой пшеницы и ячменя. В документах Минсельхоза Дагестана за 2003 год указывается, что один из горных совхозов на территории Карабудахкентского района раздал более 150 га пашни гражданам под коллективное садоводство. Согласно этому же источнику, стоимость аренды одного гектара пашни на землях отгонного животноводства в то время варьировала от 250 до 5000 руб. за год.

Во многих случаях местные жители пашню не используют по причине затрудненности ее обработки. Одна из причин такой ситуации - недостаток воды, которая в советское время распределялась между селениями равнинного района и кутанными селениями, а сейчас эта система распределения разрушена, "водные" отношения между отгонниками и коренными жителями не урегулированы. Недостаток воды может приводить и к фактическому прекращению деятельности сельхозпредприятий, арендующих земли отгонного животноводства:

Житель селения Губа-кутан (территория Каякентского района):

Почти пять лет земля не засеянная... Никакой воды нет, чтобы поливать. Чтобы пить - мы еле-еле бурили, а чтобы поливать - никакой воды. В советское время оттуда (со стороны соседнего села - К.К.) вода шла. Сейчас они сами поливают, а здесь никак. Им тоже теперь не хватает. У нас один посадил десять гектаров виноградников. Но абсолютно урожая не получилось. Засохло, ничего не выросло. Он ходит в соседнее село, просит, умоляет (открыть подачу воды). На один, два дня воду если получит - то получит, нет - так у него все остается.

У ряда сельхозпредприятий, работающих на пашне, существует проблема сбыта своей продукции. Ее решение они видят в развитии связей со своим горным районом.

Глава кутанного села (территория Бабаюртовского района):

Я в прошлом году выступал на совещании в (горном) районе, мне пришлось высказаться - у нас для школы, для больницы непонятно где берут продукты. А наш рис прошлого года не используется, хотя это один из лучших в России рис. Сохранить его не в чем.

В Каякентском районе хозяйства, которые сеют зерновые (например, хозяйства села Шаласи, относящегося к Дахадаевскому району), продают зерно "родным" горным селам.

Что касается пастбищ, существенной особенностью нынешних кутанных хозяйств является то, что стада на них находятся круглый год. Система, действовавшая в советское время, когда скот на лето обязательно перегоняли в горы, после распада СССР стремительно пришла в упадок. Основной результат этого - перегрузка пастбищ, эксплуатируемых теперь круглогодично.

Глава кутанного села (территория Бабаюртовского района):

На этих пастбищах большего количества скота держать невозможно. И так у меня постоянная война с людьми, я говорю, что эта земля выйдет из оборота. Если круглый год пасут, она выходит из оборота. Раньше это отгонное животноводство чем было выгодно? Летом скот в горах, пастбища отдыхают. Они должны отдыхать, корневая система должна укрепляться. А у нас как получается? У нас круглый год на одном и том же месте. Естественно, земля выйдет из оборота. Мы рекомендуем настойчиво, чтобы поменьше держали (скота).

Тот факт, что скот не убирают на зиму с равнинных пастбищ, признают и дагестанские власти. В справке Минсельхоза Дагестана, представленной в апреле 2003 года, говорилось, что, например, на отгонных пастбищах Каякентского района ежегодно остается более 2300 голов крупного и более 3500 голов мелкого рогатого скота. В той же справке сообщается, что одно из хозяйств Гунибского района на своих пастбищах в Кумторкалинском районе круглый год держит 1600 голов крупного рогатого скота.

Вместе с тем, в определенном виде отгонная система все же существует, но она не ведет к полному освобождению пастбищ на лето. В ряде кутанных хозяйств к постоянно находящемуся там скоту в зимний сезон прибавляется скот жителей гор, который за плату нанимают для его выпаса "своих" отгонников. Так обстоит дело, в частности, в хозяйствах Лакского района, расположенных на востоке Бабаюртовского района. По-иному сохранилась отгонная система, например, в селении Иван-кутан на территории Дербентского района. В нем, напомним, живут выходцы от села Ицари Дахадаевского района, где сейчас осталось порядка 10 дворов. На лето жители Иван-кутана временно отгоняют часть скота в горы. Ситуация зеркальная той, что была в советское время: горы, а не равнина, становятся местом временного выпаса скота.

Когда на отгонных пастбищах пасется частный скот жителей кутанного селения, жители компенсируют земельный налог хозяйству-арендатору. Его суммой плата за пользование пастбищами и ограничивается.

Глава кутанного села (территория Бабаюртовского района):

600 га- пастбища, пользуется население. Мы налог на них отдаем хозяйству, а хозяйство в свою очередь деньги платит республике. Мы общую сумму налога распределяем между людьми в зависимости от того, у кого сколько поголовье. В принципе, хозяйство как бы лишнее звено получается.

Некоторые главы хозяйств жалуются на то, что с трудом вводили систему, при которой население должно вносить арендную плату. Глава хозяйства в кутанном селе, где около 200 хозяйств, признается, что плату начали вносить только в 2011 года, и вносит ее около половины хозяйств. Если же сельхозпредприятие по тем или иным причинам прекратило свою работу, то жители кутанного села могут стихийно пользоваться пастбищами, выгоняя на них свой скот:

Житель села Губа-кутан:

Потеряли совхоз, скот остался, распространили его по работникам. Работники совхоза так его пасут.

Вопрос об аренде земель населением вопрос возникает далеко не во всех кутанных селах. Среди них немало таких, на которых проживает всего 2-4 семьи, фактически единолично пользующихся отгонными землями, некогда закрепленными за их селом. В основном это кутаны, на которые в советское время не было активной миграции неселения.

Житель Бабаюртовского района:

На тех кутанах людей мало... Никакого колхозного производства там нет, просто 300-400-500 га 2-3 семьи используют. Колхозы и совхозы есть, для дотаций числятся (то есть используются в качестве юридических лиц для получения сельскохозяйственных субсидий и, возможно, кредитов - К.К.).

Житель села Дружба Каякентского района:

Раньше кутан там (недалеко от села Дружба - К.К.) принадлежал колхозу. Теперь этого колхоза нет, кутан есть. В кутане господствует один господин, с двумя-тремя сотнями овец. Хозяйство числится в горах. 

3.4. Жилье

Жилые постройки в кутанных поселениях имеют государственную регистрацию, как правило, только в том случае, если им присвоен статус "ведомственного жилья", принадлежащего сельскохозяйственному предприятию. Известны примеры кутанных поселений в 40-50 домов, из которых ни один не имеет госрегистрации. Чаще всего они стоят на сельхозземлях, где возведение жилых построек незаконно. С другой стороны, нам известен только один пример кутанного селения, жителям которого удалось оформить право собственности на свои домовладения. Это уже упоминавшееся село Шаласи, входящее в один из сельсоветов Дахадаевского района.

По неофициально возведенным жилым постройкам невозможно заключить договор купли-продажи, страхования и т.д. Они не могут использоваться в качестве залога по кредитам. Невозможно получить вычеты при исчислении НДФЛ при строительстве дома.

Житель села Губа-кутан:

У меня в горах никакого дома нет, хоть сейчас проверяй. Только вот здесь у меня дом. Дома у нас все остались не�