СТРАНИЦЫ ОТЕЧЕСТВЕННОГО КАВКАЗОВЕДЕНИЯ (XII). Этнографическое кавказоведение: основные направления, идеи, концепции
Публикации | 31.12.2011 | 00:56
Пища и система питания
Материалы о составе пищи и системе питания различных народов Кавказа содержатся почти во всех упоминавшихся работах монографического плана, и в первую очередь в томах «Народы Кавказа». Пища рассматривается и в публикациях, посвященных этническим и культурно-бытовым процессам, соотношению в культуре народов традиций и новаций, трансформации материальной культуры в целом. Специальных работ по этой проблематике немного. Из публикаций по Дагестану отметим работы С.Ш. Гаджиевой и Г.А. Сергеевой, в которых реконструируется система питания каякентских кумыков (9) и арчинцев (28). Б.А. Калоев описал традиционную пищу осетин (14). Пища адыгов изучалась Г.А. Сергеевой (76), проследившей ее изменения (на материалах адыгейцев) за годы Советской власти. В.К. Гарданов и Г.Х. Мамбетов на материалах кабардинской и балкарской систем питания показали взаимодействие в ней традиций и новаций (66).
Пища, система питания в целом изучались в связи с разработкой проблем долгожительства у народов Кавказа: у абхазов - Г.Г. Копешавидзе, у азербайджанцев - Н.И. Григулевич и С,М. Агамалиевой (327).
Имеются также очерки, характеризующие пищу народов Закавказья: армян (24, 101), азербайджанцев (51), ингилойцев (57), удин (60). Пища грузин рассмотрена в монографиях Н.Г. Волковой и Г. Джавахишвили (8), которые охарактеризовали ее по этнографическим группам грузинского этноса на протяжении XIX-XX вв., а также Ю.Д. Анчабадзе и Н.Г. Волковой (1), показавших пищу горожан. Пища курдов Закавказья представлена в монографиях Т.Ф. Аристовой (2,308,309).
Особо следует выделить исследование армянской системы питания, предпринятое С.А. Арутюновым и Ю.И. Мкртумяном (310). В этой системе питания выделены три наиболее существенных пласта: основной, субстратный, адстратно-суперстратныи. Разработав предварительно классификационную модель системы питания, авторы приводят ее регионально-зональное элементное описание (выделены зоны Сюник, Ширак, Айрарат), дают элементную характеристику системы питания и сравнительную типологию. По заключению исследователей, формы и виды питания тесно связаны с культурно-хозяйственными типами, существовавшие в прошлом зонально-экологические различия теперь практически не имеют места. В целом раздел монографии, посвященный пище, охватывает широкий круг вопросов, связанных с системой питания, которые ставятся в культурологическом аспекте.
Народный транспорт
Совсем невелика группа работ, посвященных характеристике традиционных средств передвижения. Материалы такого рода содержатся главным образом в монографических трудах, упоминавшихся выше. Из специальных публикаций имеются только две: статья В.И. Элашвили (340) посвящена грузинским горным лыжам, которые пользовались для спуска с заснеженных гор и для скольжения со склонов по сухой траве. Подробно описаны разновидности лыж, их устройство, техника пользования, дана терминология. Автор делает вывод о распространении подобного типа лыж на всем Горном Кавказе.
В статье Л.Н. Петросяна (382) рассмотрены армянские народные сухопутные средства передвижения. Автором выделены пешие передвижения, вьючный транспорт и упряжные средства (бесколесные и колесные). В статье описаны материал, конструктивные особенности и способы передвижения. Автор подчеркивает большую стабильность народных средств передвижения, не претерпевших значительных изменений в XIX - начале XX в. по сравнению с предшествующими веками. Причину этого автор видит в том, что такие средства передвижения отвечали условиям местной географической среды, а также соответствовали уровню социально-экономического развития народов Кавказа в рассматриваемое время.
* * *
Таким образом, проведенный обзор позволил составить в какой-то мере представление о состоянии изученности тем «Хозяйство» и «Материальная культура» в кавказоведческих публикациях главным образом Института этнографии АН СССР.
Как видим, изучение культуры жизнеобеспечения народов Кавказа в отечественном кавказоведении XX в. прошло несколько этапов. Первый преимущественно был связан с археологическими исследованиями древних форм культуры. Правда, в работах данной проблематики тех лет нередко привлекались этнографические и лингвистические данные. Но все-таки направленность этих работ была в основном археологическая. Специальные этнографические исследования по культуре жизнеобеспечения в 20-30-е годы были крайне редки. Для этого же этапа развития отечественного кавказоведения были характерны (хотя и немногочисленны) работы, изучающие материальную культуру в тесной связи с социальным бытом (как, например, статья Деген-Ковалевского).
Ситуация стала меняться в 40-50-е годы, когда этнографы вплотную начали изучение всех сфер культуры жизнеобеспечения: хозяйства, поселения, жилища, одежды, пищи, транспорта. Появилось множество работ, детально описывающих и анализирующих все аспекты культуры жизнеобеспечения. Но, как отмечалось, особенно оживились исследования этой области культуры в 60-е годы в связи с рабтой над КИЭА. Наконец, для третьего периода исследования культуры жизнеобеспечения характерны важные теоретические разработки. Это публикации С.А. Токарева в 70-е годы, С.А. Арутюнова, Э.С. Маркаряна, Ю.И. Мкртумяна в 70-80-е годы, выделивших хозяйство и материальную культуру в единую, тесно связанную систему жизнеобеспечения этноса. Каждый из обозначенных периодов несомненно внес свой позитивный вклад в изучение культуры жизнеобеспечения. Изучение древностей дало ретроспективу формирования культуры жизнеобеспечения народов Кавказа на древних этапах истории. Исследование многих вопросов хозяйства и материальной культуры, основанное главным образом на полевых материалах, даёт возможность представить все многообразие этой сферы бытовой культуры Кавказа и проследить ее изменения в XX в. Теоретические разработки обогатили конкретные труды данной тематики, дали возможность системного подхода и классификации данной области традиционной культуры. Более забытым оказался аспект, характерный для кавказоведения 20-30-х годов: материальная культура как источник социальной жизни этноса, хотя работы такого направления имелись (Г.Я.Мовчан).
советское кавказоведение
