На главную страницу Карта сайта Написать письмо

Публикации

ДОРОГАМИ ЗАБЫТЫХ ПРЕДКОВ. КУЛТУК - МУРИНО - ПОСОЛЬСКАЯ - ТАБОРЫ - ОХАНСК (1918-1919 ГГ.)

Публикации | ПОПУЛЯРНОЕ | Александр КРЫЛОВ | 26.08.2016 | 00:00

Читать статью первуюстатью вторую и статью третью

С началом Гражданской войны Россия окончательно раскололась на красных и белых. В июне 1918 г. Барнаул был занят белочешскими и белогвардейскими отрядами, свергшими власть большевиков. Была объявлена мобилизация офицеров и Ф.Л. Скворцов оказался в стане белых. 4 июля 1918 г. он был призван и зачислен в 1-й Барнаульский запасной батальон, в составе которого 7 июля 1918 г. был отправлен на фронт на пополнение 1-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка. Через несколько месяцев полк был преобразован в 3-й Барнаульский Сибирский стрелковый полк. Его истории посвящена книга местных краеведов А.А. Краснощекова и В.А. Суманосова, которые опубликовали документы и воспоминания участников событий тех лет (1). 

В июле-августе 1918 г. полк участвовал во взятии Иркутска (11 июля 1918 г.) и в ожесточенных боях по линии Кругобайкальской железной дороги под станциями Култук, Мурино и Посольская. Ф.Л. Скворцов прибыл в полк 28 июля 1918 г. и был зачислен младшим офицером. На первых порах ввиду нехватки рядового состава в Белой армии большинство офицеров полка служили рядовыми. 

За две недели до прибытия Ф. Скворцова в полк белые заняли Иркутск, красные отступили и с огромным количеством подвижного состава скопились на узкой ленте Кругобайкальской железной дороги в районе станций Танхой – Мурино. Растянутое положение противника дало возможность белым обходить его и бить по частям. На сайте «Энциклопедия Сибири» имеется описание боев под станциями Мурино и Посольской, за отличия в которых Ф. Скворцов был представлен к награждению двумя орденами. 

Вступление белых в Иркутск. 1918 год.

Парад белых войск в Барнауле. 1919 г.

Белые части, продвигаясь пешим порядком по тракту от Иркутска на Култук, опередили красных, двигавшихся в эшелонах по железной дороге. 4-й Томский полк и ударный батальон чехов неожиданно появились в горах над Култуком еще 14 июля и, разогнав 600 строивших укрепления китайцев, почти без сопротивления захватили оборудовавшиеся красными позиции. В ночь на 15 июля красные, численность которых здесь достигала 3 тыс. бойцов, предприняли до восьми безуспешных атак, пытаясь сбить 700 белых с захваченных рубежей. Днем 15 июля к белым прибыли три роты 7-го Татранского чешского полка во главе с подполковником Б.Ф. Ушаковым, а 17 июля подошел 1-й Барнаульский полк. Белые войска двигались в обход по линии Култук – Тункинская долина и фронтально вдоль железной дороги. Ими были задействованы пароходы, отбитые в Лиственичном, а также аэроплан, захваченный у красных. Под угрозой обхода 19 июля 1918 г. красные оставили Култук.

Ст. Култук

20 июля 1-й Барнаульский, 4-й Томский полки и подразделения 7-го Татранского чешского полка с боем заняли станцию Слюдянка, захватив 15 паровозов. 21 июля от ст. Байкал к Култуку подошел белочешский бронепоезд. Стоять на позициях под Култуком, когда белогвардейцы, с левого фланга от Тункинской долины, заходили в тыл, Красной гвардии стало бессмысленным, она отошла на восток от Слюдянки, взорвав при этом железнодорожный мост через реку Слюдянку и тоннель № 39 за ней. Фронт отступил к Танхою, затем до станции Мысовая.

24 июля авангард белых захватил станцию Утулик (196-й км) и мост через речку Бабху. На рассвете 26 июля после часового боя белые заняли станцию Мурино (223-й км). 29 июля (на следующий день после прибытия Ф. Скворцова в полк) в районе Мурино развернулись упорные бои. Красные при поддержке бронепоезда оттеснили белых за речку Паньковку. 30 июля атаки красных при поддержке огня ледокола «Ангара» продолжились, они ввели в бой более 2 тыс. бойцов при четырех орудиях, пытались исправить разобранный белыми железнодорожный путь перед мостом через Паньковку и переправиться на левый берег.

31 июля красные отбили разъезд Паньковка и станцию Мурино и при поддержке двух бронепоездов продолжили наступление. Белые (до 1200 бойцов) не имели укрепленных позиций, подвозу артиллерии, провианта и патронов мешал взорванный тоннель № 39. После жесткого боя под станцией Паньковка, где белые потеряли не менее 20% убитыми и ранеными, они были вынуждены поспешно отойти на 20 верст назад в район станции Солзан. При этом главные силы белых не отступили, а ушли в горы в переходе от Солзана чтобы образовать засаду для флангового удара. К рассвету 5 августа засада была создана, а остальные части белых отступили от Мурино. 

Станция Мурино

Надпись на памятнике на ст. Мурино

Красные, послав для преследования отступавших бронепоезда, спешно начали переброску войск в эшелонах на запад, не подозревая о засаде под командованием подполковника А.Н. Пепеляева. По плану белых она должна была выступить 7 августа. В этот же день от станции Утулик предстояло нанести лобовой удар группе Р.И. Гайды, в которую входило до 2 тыс. человек. Однако разведка красных обнаружила засаду, вынудив белых к действию утром 6 августа. Начавшееся сражение было упорным и кровопролитным, только к вечеру 6 августа группы белых соединились. По версии Р.И. Гайды, красные потеряли 700 человек убитыми, 2500 пленными, два бронепоезда, четырe орудия, семь паровозов и 12 эшелонов. С учетом численности окруженной ударной группы красных эти цифры можно считать близкими к реальности. 7 августа 1918 г. станция Мурино вновь перешла в руки Белой армии (2).

В августе 1918 г. в бою у ст. Мурино 1-й Барнаульский полк в течение четырех суток сдерживал напор стремившихся прорваться к своим многократно превосходящих сил красных, имевших в своем распоряжении не только сухопутные средства, но и военные корабли на озере Байкал. По оценке А.И. Камбалина (3), затяжной, но удачный для белых бой у ст. Мурино представлял собой пример «классической засады», примененной подполковником Пепеляевым. В результате красные с большими потерями отошли к станции Танхой, где и закрепились.

Дальнейшие события описываются в воспоминаниях А.И. Камбалина следующим образом. Для овладения Танхойской укрепленной позицией красных, разгрома их и спасения большого железнодорожного моста (8 пролетов) через р. Селенгу, командование решило высадить десант в тыл красных и одновременно атаковать их с фронта. Где-то в Иркутске, на Ангаре, нашли два небольших старых пароходика, прицепили к их бортам по барже, на корму и нос поставили по трехдюймовому орудию. На баржах, сверх того, укрепили две гаубицы, корабли пришли в село Лиственничное, что при истоке реки Ангара из Байкала. 

В десант были назначены: рота 7-го Чешского полка, ударный чешский батальон, сотня казаков Иркутского казачьего войска и 1-й Барнаульский стрелковый полк (3 офицерские роты и одна добровольческая, всего штыков по 60–70 на роту при 6–7 пулеметах) и кроме того, одно орудие. Общая численность отряда не превышала 900 штыков и сабель.

14 или 15 августа все назначенные в десант части сосредоточились в с. Лиственничном, передохнули, пополнили запасы боеприпасов и продовольствия. Погода благоприятствовала операции: стояли теплые, солнечные дни с довольно прохладными байкальскими утрами. Посадка не заняла много времени, под вечер флотилия вышла из с. Лиственничного на с. Голоустное. 

Байкал. Погрузка десанта белых в Листвянке. 15 августа 1918 г.

Листвянка. 15 августа 2015 г.

Ледокол Ангара. Начало ХХ века.

Ледокол Ангара. Иркутск. 2015 г.

Корабли шли вблизи высоких скалистых берегов Байкала, маскируя свое движение и одновременно зорко следя за возможным появлением красных ледоколов «Байкал» и «Ангара». В Голоустном, бедном рыбацком поселке, белые задержались до ночи и выступили оттуда наперерез Байкала с расчетом, чтобы к Посольскому Монастырю подойти на рассвете, используя утренний туман, как завесу против красных со стороны станции Мысовой, где на рейде дежурил ледокол «Байкал». 

Ночь стояла тихая. Суда при потушенных огнях в полной тишине вышли в озеро. На рассвете, при переменном тумане, корабли подошли к берегу, в просветах стала видна белая каменная церковь и ограда монастыря. Благодаря глубокой осадке барж, пароходы пристать не могли и бросили якоря в саженях 10–15 от берега. Люди по трапам спустились с судов в воду и вброд перешли оставшуюся полосу воды. Труднее было высадить конский состав казаков и орудие, но после дружных усилий пехоты все прошло благополучно.

Ближайшей задачей отряда было занятие станции Посольской и перерыв железнодорожного сообщения красных с тылом – г. Верхнеудинском. Между тем, выяснилось, что Посольский Монастырь от ближайшей железнодорожной станции Посольской и села Большереченского находится в верстах 8–9, причем вся эта полоса представляет сплошное болото, трясины, с редкими островками твердой почвы, поросшей кустарниками и камышами. Сообщение с монастырем поддерживалось по узкой тропе и мосткам в одну доску. Обстоятельство это было неожиданным и вынудило разделить отряд на две части, направив казаков и орудие кружным путем вдоль берега через с. Кабанское (крюк верст в 60). Пехотным же частям пришлось продвигаться на ст. Посольскую через болото, вытянувшись гуськом на несколько верст, прыгая с кочки на кочку. Около полудня отряд подтянулся к с. Большереченскому, к этому времени чехи, бывшие во главе колонны, заняли уже Посольскую, что в верстах в полутора к востоку от названного села. Исходное положение было занято без помех и при полном отсутствии красных в этих местах. 

Посольский монастырь. 2015 г. 

Окрестности Посольского монастыря

А.И. Камбалин написал в своих воспоминаниях: «Наши вчерашние реалисты, гимназисты и студенты, получив боевую закалку в предыдущих тяжелых боях под Иркутском, у Култука, Слюдянки, Салзана и у ст. Мурино, являлись уже превосходными старыми солдатами. Об офицерском же составе рядовых не могу не вспомнить без чувства восхищения и преклонения, доблестно же павших на поле чести да упокоит Господь в селеньях праведных! Измученные и нравственно и физически, потерявшие все дорогое и близкое, затравленные и униженные, обреченные на гибель, офицеры сражались как львы, зная, что пощады не будет». 

Красные не подозревали о присутствии белых у них в тылу, так как телеграфные и телефонные аппараты ст. Посольской с момента ее занятия, перешли к чехам, которые продолжали играть роль красных. На ст. Посольской была устроена засада. Для обеспечения отряда со стороны ст. Мысовой и Танхоя на запад были выдвинуты две офицерские роты 3-го Барнаульского полка под командой капитана Камбалина. Ближайшей задачей ротам ставилось пропустить товарно-пассажирский поезд красных, разобрать и разрушить железнодорожный путь и, избрав позицию, занять ее для обороны и подхода остальных рот полка. 

Роты барнаульцев (командир 2-й роты поручик Басклейн, командир 3-й роты поручик Панков) спешно двинулись по полотну железной дороги на запад к разъезду Боярскому. Около 4–5 часов вечера они без помех подошли к закрытому разъезду № 19 (9–10 верст от Большереченской). В это время впереди, за поворотом леса, белые заметили паровозный дымок, рассыпались по кустам и ямам, залегли и приготовились к бою. Через несколько минут мимо них проследовал пассажирский поезд, составленный из разнообразных вагонов, набитых вооруженными красноармейцами.

Пропустив этот поезд и дав ему возможность скрыться за ближайшим мысом, белые высыпали на железнодорожную насыпь, дабы приняться за разрушение путей, но появление второго поезда заставило их вернуться в засаду. Вторым оказался бронепоезд, причем он шел колеей, предназначенной для поездов западного направления. Затем по обеим колеям дороги один за другим проследовало еще несколько эшелонов. Стало ясно, что красные отступают от Танхоя и Мысовой под давлением частей, действовавших с фронта под командованием полковника Пепеляева. 

Следующие эшелоны красных задержались на разъезде Боярском. Белые получили возможность развернуть гайки рельсов на обоих путях, вынуть костыли и оставить рельсы в том же положении для маскировки. В этом им помогли несколько ремонтных путевых рабочих, оказавшихся на участке.

Белые вновь укрылись в засаде. Следующие два эшелона красных с разъезда Боярского на полном ходу налетели на разрушенный путь. Паровозы отрывались от составов, вагоны с грохотом сталкивались и валились в канавы, белые открыли беглый огонь из винтовок и пулеметов. Следующие эшелоны красных, видя впереди себя что-то неладное, выслали разведку. Затем, под ружейным и пулеметным огнем белых эти эшелоны задним ходом отошли на разъезд Боярский. Благодаря внезапности белые не понесли никаких потерь, в потерпевших крушение эшелонах они захватили большое количество оружия и продовольствия. Захваченные комиссары были расстреляны на месте, остальных пленных берегом озера Байкал отправили в Посольский монастырь, на тыловую базу.

Разбитый эшелон

Ремонт поврежденного пути

Санитарный поезд

Эшелоны красных, не доходя до д. Большереченской, заметив на путях дрезину и группу людей, остановились и выслали разведку. Группа эта – подполковник Ушаков и первый командир 3-го Барнаульского стрелкового полка подполковник Вольский – бывшая на разведке для выбора позиции на случай обороны. Неожиданное появление поезда заставило их броситься наутек к станции Посольской. Красные, выдвинув бронепоезд в голову, начали медленно продвигаться к д. Большереченской. Между тем начальник отряда и командир полка добрались до деревни и своих частей и начали спешно занимать позицию. 

Две роты, 1-я офицерская и 4-я добровольческая 3-го Барнульского полка, заняли окраину села Большереченского. Правым флангом отряд упирался в болото, прикрывая тропу к Посольскому монастырю. Чехи, имея в тылу станцию Посольскую, заняли восточный берег Большой речки и железнодорожный мост через нее. К этому мосту при выступлении из села белыми была выслана группа с заданием пропустить товарнопассажирский поезд и разрушить пути на мосту или сжечь деревянный настил. Деревянный настил моста был подожжен перед самым подходом к нему броневика красных, шесть эшелонов красных оказались заблокированы. 

Едва роты Барнаульского полка заняли позиции, как закипел отчаянный бой. Бронепоезд красных, продвинувшись к мосту, убийственным огнем стал обстреливать расположение 4-й роты барнаульцев. Значительные потери и невозможность держаться на открытой позиции заставили ее отступить к самой окраине села. Цепи красных при поддержке снятого с платформы броневика упорно наседали на село с запада. Раза два броневик натыкался на сооруженные барнаульцами баррикады и осыпаемый градом пуль возвращался назад. 

Не раз пытались красные под огнем 1-й роты барнаульцев и чехов исправить поврежденный мост и прорваться на станцию Посольскую. Но пулеметный огонь заставлял их прекращать эти попытки. Орудие и казаки находились далеко, единственная пушка белых за время боя не сделала ни одного выстрела. Вся тяжесть боя легла на пехоту и в частности на 1-ю и 4-ю роты Барнаульского стрелкового полка. 

Большая речка у ст. Посольская

Переправа

Станция Посольская

Памятник красноармейцам на ст. Большая речка

Памятник красноармейцам на ст. Большая речка

Часть белых находилась на разъезде № 19 с целью нейтрализовать угрозу со стороны главных сил красных, которые находились на западе. Они слышали непрекращающийся грохот стрельбы до поздней ночи, но кроме усиленной заставы и разведки в свой тыл на помощь ничего не могли послать. Связь со штабом была прервана, оставалось полагаться только на свои силы, ожидая, с минуты на минуту, наступления красных.

Ночь была холодная и тревожная. В тылу кипел горячий бой, техническому и численному превосходству красных белые могли противопоставить только свою самоотверженность и боевой опыт. Все попытки группы связаться со штабом полка ни к чему не привели; посланные пропадали или, обстрелянные красными, возвращались обратно. Ночью посланцы были отправлены кружным путем - берегом Байкала через Посольский монастырь. Этот трудный путь требовал в одном направлении около 20 верст, ответ из штаба мог прийти не раньше следующего утра или полудня. 

Под утро, бой в тылу группы стал стихать и к восходу солнца прекратился. Его исход был неизвестен. Через некоторое время появились передовые пешие и конные части красных. Отход к своим на станцию Большереченскую по полотну железной дороги был опасен, так как были неизвестны результаты ночного боя. В Посольском монастыре был главный перевязочный пункт, там можно было узнать об исходе боя у Большереченского и туда же должны были вернуться на обратном пути посланные ночью в штаб полка. Не принимая решительного боя и задерживая продвижение красных на рубежах, белые начали отступать от разъезда № 19 на восток, и затем, около полудня круто свернули к берегу Байкала, вышли из зоны огня и быстро двинулись к монастырю по охотничьим тропам.

Сведения, полученные в монастыре, были нерадостны: погиб начальник отряда подполковник Ушаков, который по окончании выигранного белыми боя за обладание шестью эшелонами, поехал на паровозе с несколькими солдатами на разъезд № 19. Там, приняв красных за цепь барнаульцев, вышел к ним один и попал в плен. После пыток он был убит и брошен около железной дороги. Чехи, возбужденные пленением своего любимого начальника, пошли к нему на выручку, встретили красных уже к востоку от разъезда № 19 и ввязались в упорный бой. 

В монастыре отступивший с разъезда № 19 отряд встретил своих посланцев в штаб с приказанием командира полка отходить на присоединение к полку на станцию Посольская. Немного передохнув, барнаульцы выступили из монастыря на станцию Посольская по тому же пути, по которому шли накануне. По назначению роты прибыли уже утром. Положение было напряженное; к западу от Большереченского чехи и 1 рота барнаульцев вели бой с красными. После смерти подполковника Ушакова, не было единой твердой власти начальника, на командование операцией претендовали заместитель начальника отряда подполковник Вольский, в то же время, чешский штаб во главе с майором Дворжаком, считая себя, по-видимому, преемником погибшего начальника отряда, распоряжался всем. 

17 августа 1918 г. положение белых осложнилось в результате двоевластия, отсутствия связи и подавленности после потери популярного и авторитетного начальника. К утру красные подошли к Большой речке. 2-я и 3-я роты барнаульцев усилили боевой участок чехов на правом берегу реки от железной дороги на севере до болота. 1-я рота полка оторвалась, оставаясь на западной стороне реки, отошла от железнодорожной насыпи и заняла позиции по лесистым сопкам, обстреливая наступавших красных с фланга. 4-я рота (добровольческая) от села Большереченского подалась к северу и прикрыла дорогу на Посольский монастырь, непрерывно поддерживая огонь по передвигавшимся вдоль железнодорожного полотна красным. 

Утром 18 августа красные перешли вброд реку и отбросили чехов, занимавших позицию у моста. С криками: «На Верхнеудинск, товарищи! Вперед, все равно пропадать!» и пр., красные густыми цепями наступали по хлебному полю и десятками падали под пулеметным огнем с противоположного берега речки. Потом крестьяне с. Болшереченского долгое время находили разложившиеся трупы среди хлебов и боялись приступать к работам на этих полях. 

С оставлением чехами моста, красные могли переправиться через Большую речку и угрожать самой станции Посольской, где находился штаб Барнаульского полка и чешского ударного батальона. Белые в беспорядке отступали, бой шел уже у выходных стрелок станции, затем белые отступили к югу от станции и заняли господствующую над местностью лесистую гору. Были высланы команды для сбора рассеявшихся бойцов и открыт фланговый огонь по прорывавшимся красным. 

Для красных путь на Верхнеудинск был открыт. Заняв станцию, они начали лихорадочно восстанавливать мост через речку, намереваясь воспользоваться бронепоездом и другими составами, застрявшими на путях у Большереченского. Огонь 1-й роты барнаульцев и других частей белых сильно мешал этой работе. К тому же в тылу красных наступали части полковника Пепеляева. 

Ст. Посольская. Памятник на братской могиле красноармейцев

Ст. Посольская. 2015 г.

Красные не пытались штурмовать гору, но сидение в лесу, без продовольствия под начавшимся дождем с захваченными пленными, готовыми, при первой возможности, разбежаться, заставило белых оставить свою позицию. Было решено идти по тайге на запад на розыски передовых частей полковника Пепеляева. После полудня белые перешли вброд Большую речку и пошли на запад, держа направление по компасу. Дождь не переставал, все промокли до нитки. К вечеру пал большой туман. В пути белые натыкались на одиночных и группы красных, разбежавшихся предыдущей ночью из брошенных ими шести эшелонов. Они еще больше увеличивали двигавшуюся колонну, это требовало увеличивать охрану. До вечера справа была слышна ружейная стрельба и редкие орудийные выстрелы. Это 1-я рота наступала на выручку своим однополчанам, причем в одной из атак барнаульцы забросали гранатами и захватили бронепоезд красных. Затем стрельба стихла, в наступившей темноте отряду стало трудно ориентироваться в тайге. 

Чтобы не привлечь внимание противника костров не разводили, барнаульцы и пленные страдали от сырости и холода. С рассветом 19 августа отряд численностью около 200 человек вновь тронулся в путь по труднопроходимой тайге. Из-за тумана отряд сбился с пути и до позднего вечера кружил по буеракам и болотам, переходя бесчисленные ручьи и речки. Во время ночлега ночью стал слышен слабый звук сигнального рожка. Была выслана разведка из наиболее выносливых офицеров. Утром на опушке леса раздались бодрые веселые голоса: «Свои, свои, енисейцы! Где командир полка?» 

Новости были самые приятные, так же, как хлеб и консервы, принесенные енисейцами. Первым долгом накормили раненых и, закусывая на ходу черным хлебом, бодро зашагали по проторенной разведчиками тропе к железной дороге, куда, после продолжительного тяжелого пути, прибыли после полудня. 

Отряд вышел на железную дорогу в районе между разъездами Боярским и № 19, где стоял полк Зиневича, по распоряжению которого горнисты почти три дня с утра и до вечера трубили в тайгу спасительные сигналы. На следующее утро 20 августа, сдав около 140 пленных, отряд присоединился к собранным остаткам своего полка на станции Посольской (4). Чтобы дать 3-му Барнаульскому полку, понесшему большие потери, возможность отдохнуть и привести себя в порядок, полковник Пепеляев приказал полку остаться на охране Круго-Байкальской железной дороги от станции Тамауровой до станции Слюдянка со штабом полка в Мысовой.

А.И. Камбалин дает следующую оценку действиям Барнаульского полка: «Много доблести и мужества было проявлено чинами полка за этот трехдневный бой, что и было торжественно отмечено полковником Пепеляевым при встрече его с нашей первой ротой, провожавшей остатки проскочивших красных из орудий захваченного у них же броневика. Потери полка были значительны: 27 убитых офицеров и добровольцев и 80 раненых. Чехи потеряли значительно меньше, тяжесть боя вынес доблестный молодой 3-й Барнаульский стрелковый полк, достойный наследник Российской Императорской армии (5). 

Мемориал на братской могиле белых и чехословацких легионеров на берегу Большой речки у станции Посольская. 1919 год.

Братская могила белых и чехословацких легионеров на берегу Большой речки у ст. Посольская. 2015 г.

Надпись на кресте у ст. Посольская

Разрушенный памятник на братской могиле белых и чехословацких легионеров у ст. Посольская

Значение боя у станции Посольской на исходе операции в Забайкалье было решающим; красные были разбиты наголову, прорвались в Верхнеудинск лишь жалкие остатки. На участке от станции Посольской до станции Мысовой они потеряли 50 поездов подвижного состава со всей материальной частью – несколько бронепоездов, броневых машин, всю артиллерию и запасы продовольствия. Нам посчастливилось сохранить от разрушения важный Селенгинский железнодорожный мост.

Достойным вечным памятником доблестной боевой славы 3-го Барнаульского полка служит братская могила 27 офицеров полка, убитых в бою у станции Посольская, похороненных на восточном берегу Большой речки вблизи памятного нам железнодорожного моста. Ряд боевых наград чинам полка за этот исключительный бой свидетельствовал о признании Высшим Командованием заслуг полка пред Родиной» (6). 

В архивных документах не указано, в какую роту после своего прибытия в полк был зачислен штабс-капитан Скворцов. Согласно воспоминаниям А.И. Камбалина, в это время полк состоял из трех офицерских рот и одной добровольческой, всего штыков по 60–70 на роту. Показательна его фраза: «Об офицерском же составе рядовых не могу не вспомнить без чувства восхищения и преклонения». Хотя в документах говорится, что Ф. Скворцов был зачислен в полк младшим офицером, отсутствие указания на номер роты, в которую он был зачислен, свидетельствует о том, что в это время он, как и большинство офицеров полка, воевал рядовым. Поэтому невозможно определить в какой именно роте и на каком участке он находился во время боев на Кругобайкальской железной дороге.

О проявленной Ф. Скворцовым храбрости во время Гражданской войны свидетельствуют полученные награды: за отличия в боях 31 июля – 6 августа 1918 г. у станции Мурино он был награжден орденом Св. Станислава 2-й ст. с мечами (Приказ войскам Сибирской армии № 66, 19.02.1919 г.). Затем он был награжден орденом Св. Анны 2 ст. с мечами (Приказ Верховного Правителя и Верховного Главнокомандующего от 22.03.1919 г.). В наградном деле Ф. Скворцова указано, что за отличия в боях 16–18 августа 1918 г. у станции Посольской он был представлен к награждению орденом Св. Владимира 4 ст. с мечами и бантом. Вероятно, что вместо него он был награжден орденом Св. Анны 2 ст. с мечами (к которому, как следует из наградного дела, командованием полка не представлялся), причем соответствующий приказ был подписан через две недели после его гибели в бою. 

15 сентября 1918 г. полк вернулся в Барнаул на отдых и пополнение. Как пишет очевидец тех событий, «о прибытии полка сделалось известным за несколько дней, и в день прибытия, с утра, потянулись из города к вокзалу толпы жителей для встречи. Поезд с полком прибыл в начале 5-го часа пополудни. К этому времени на вокзале собрались представители гражданских и военных властей, а также представители городского и земского самоуправления. По дороге от вокзала стояли шпалерами только что призванные новобранцы. После высадки из вагонов полк выстроился у вокзала, и к нему обратились с приветствием собравшиеся представители. Затем полк под звуки военного марша проследовал в город по Соборному переулку в казармы. Собравшаяся на встречу в огромном количестве публика восторженно приветствовала Барнаульцев, засыпая их цветами. Все солдаты и офицеры имели на груди и в руках целые букеты цветов» (7). 

22 сентября 1918 г. имевший богатый боевой опыт Ф.Л. Скворцов был переведен для обучения новобранцев в 3-й кадровый Барнаульский Сибирский стрелковый полк. Вначале он был назначен младшим офицером, а 30 сентября 1918 г. – командиром 13-й роты. 

В ноябре 1918 г. пополненный 3-й Барнаульский полк был отправлен на уральский фронт. Через три месяца на фронт был отправлен и штабс-капитан Скворцов. В изданной в 1924 г. в Москве книге П. Парфенова «Гражданская война в Сибири 1918–1920» говорится, что причиной тому стал новогодний скандал в полку по поводу царского гимна.

Инциденты с царским гимном происходили в белых армиях постоянно. Даже после утверждения адмиралом Колчаком песни «Коль славен» в качестве официального гимна, монархисты на различных мероприятиях продолжали петь «Боже царя храни», что приводило к конфликтам с офицерами левых, республиканских взглядов. Подобный конфликт произошел в Барнауле при встрече в полку Нового 1919 года. Как пишет П. Парфенов, «при встрече нового года несколькими офицерами барнаульского полка, с разрешения командира полковника Ляпупова, предложено было оркестру исполнить «гимн». Не вставших при его исполнении поручика Суворова и капитана Скворцова на другой день арестовала контрразведка по обвинению в «большевизме». И только чтобы не поднимать «шума», их не предали военно-полевому суду, а через месяц гауптвахты отправили на фронт» 98). 

Архивные документы в целом подтверждают версию П. Парфенова (9). Согласно послужному списку Ф. Скворцова, 13 января в составе батальона пополнения он был отправлен в действующую армию, 30 января 1919 г. прибыл и зачислен в 3-й Барнаульский полк, назначен командиром 9 роты. Возможно, что срочная отправка на фронт стала средством избавления штабс-капитана Ф. Скворцова от преследований колчаковской контрразведки.

Новогодний эпизод свидетельствует, что вернувшийся с фронта штабс-капитан Скворцов не был сторонником монархии. Вероятно, его взгляды были близки взглядам оказавшегося в лагере большевиков П.Е. Щетинкина, который симпатизировал партии эсеров, пользовавшейся особой популярностью в крестьянской среде. Подобные взгляды вызывали недоверие как у большевистского руководства по отношению к П. Щетинкину, так и у колчаковской контрразведки по отношению к Ф. Скворцову.

3-й Барнаульский полк находился на фронте с декабря 1918 г. В январе 1919 г. он был отведен на отдых в Пермь и принимал участие в параде по случаю освобождения города от красных. 18 января 1919 г. полк в составе 1-й Сибирской дивизии был вновь выдвинут на Пермский фронт, где развернулись ожесточенные бои. 

Гражданская война. Зима 1919 года

26 февраля 1919 г. 2-я и 3-я армии красных попытались перехватить инициативу у Сибирской армии и не допустить нового наступления белых. На участке 1-го Среднесибирского корпуса удар приняла на себя 2-я Сибирская дивизия. Туда были направлены все подразделения, которые ранее предназначались для наступления. 5 марта красные были остановлены. 6 марта 2-я Сибирская дивизия перешла в наступление, генерал Пепеляев бросил в бой все свои силы. Наибольшего успеха добились 2-й Барабинский и 3-й Барнаульский полки. Прорвав фронт в районе с. Казанское южнее Оханска, они разгромили 4-ю бригаду 30-й дивизии красных и повели наступление с юга на Оханск и Очерский завод. 6 марта барнаульцы взяли Оханск (10). 

В неопубликованной статье автора из Перми Михаила Григорьевича Ситникова приведены следующие сведения о последнем бое Федора Скворцова за село Таборы: «В конце января 3-й Барнаульский полк имел 2500 штыков, 100 сабель, 10 пулеметов и 6 полевых орудий, занимая линию фронта по левому берегу р. Камы от д. Гари до д. Половинная. На правом берегу Камы находились позиции 2-й бригады 30 дивизии И. Каширина), которая занимала линию Шурманы – Оханск – Окуловка.

Партизанский батальон 3-го Барнаульского полка поручика Харитонова вел наступление в направлении д. Заонохова – Казанка. 5 марта его рота без единого выстрела захватила д. Заонохова, за что роте дали пять солдатских крестов. Далее партизанский батальон повел наступление вверх по реке Каме на Оханск (с юга), заняв 6 марта д. Окуловку, а 20 часов д.д. Осиновку и Скопино, что 5 верст южнее Оханска. В 24 часа 6 марта белые вошли в Оханск. 8 марта 3-й Барнаульский полк также вел жестокий бой с 1-м Уральский полком в районе с. Таборы, не давая возможности последнему сохранить путь отступления 1-й бригаде 30-й стрелковой дивизии» (11). 

Село Таборы в начале ХХ века.

Село Таборы. 2012 г.

Сохранилось описание боя священником села Таборы: «Раннее утро. Трескотня ружейных выстрелов и таканье пулеметов стали все сильнее и сильнее. То «белые» наступали на наше село Таборы, а «красные» решили дать отпор. Суббота первой недели великого поста. Есть причастники. Иду в храм, хотя много было колебаний. Пули то и дело чикают в каменные стены храма. Жутко, но иду, потому что идут все говеющие. Утреня отслужена. Бой тем временем разгорался. Рвались снаряды. Стекла звенели. На сердце стало еще тяжелей и больней. Начинаю проскомидию. Вдруг звон разбитого стекла, за ним вскоре другой. То пули уже залетали в храм. Одна из них ударилась в икону, надколола часть ее и упала в клиросе. Теперь ясно, что храм под обстрелом. Я не отхожу от жертвенника и молю Всевышнего оказать милость нам, собравшимся в храме, в эти страшные часы. Под гул разрывов близ падающих снарядов, шелканье пуль в стены, служится литургия. Как тепла и усердна наша молитва! Лица молящихся одухотворены. Благодаря богу все говеющие причастились. Ничего не случилось, хотя бой у села не утихал ни на минуту. Более слезами, чем словами кончаю литургию и идем домой. Попадаются раненные. Везут убитых. «Красные» наконец ушли. Мы спасены. Мы свободны. Христос воскрес!» (12)

В боях за Оханск и его окрестности на стороне красных воевали два будущих советских маршала – В.К. Блюхер и К.К. Рокоссовский, причем последний вечером 7 марта 1919 г. за отличия в боях с белыми был принят в члены РКП (б). Об ожесточенном характере боев свидетельствует письмо командира полка А.И. Камбалина командиру кадрового запасного полка в г. Барнауле полковнику Ляпунову: «В последних кровавых и упорных боях с 15 февраля по 12 марта с.г., как за обладание плацдармом на правом берегу р. Кама, так и во время прорыва у с. Казанское, под Оханском, с. Таборы и Очерским заводом при нашем наступлении на Глазов, господа офицеры и солдаты 3 батальона и 3 маршевой роты, прибывшие на пополнение из вверенного Вам полка, действуя в составе полка и ударной группы, доблестно и храбро выполняли все поручения, нередко действуя против численно превосходящего противника, несравненно лучше вооруженного, обильно снабженного всем необходимым, при крайне тяжелых условиях суровой зимы, без дорог, по пояс в снегу, под убийственным ружейным, пулеметным и артиллерийским огнем красных, не щадя жизни, бросались в ружейные атаки и, сбив противника, не останавливаясь, продолжали наносить ему удары. 3 батальон, понеся большие потери, потеряв всех ротных командиров, ни разу не дрогнул под яростными контратаками противника и тем поддержал боевую славу сибиряков» (13).

9 рота под командованием штабс-капитана Скворцова воевала в составе 3 батальона 3 Барнаульского полка. В наградном деле Ф. Скворцова (1919 г.) записано, что он был убит в бою с красноармейцами во время штурма села Таборы Пермской губернии 8 марта 1919 г. Посмертно представлен полковником Камбалиным к производству в чин капитана за то, что «в бою 8 марта у с. Таборского, командуя ротой, в атаке укрепленной неприятельской позиции, под губительным ружейным и пулеметным огнем противника, проявил исключительное мужество и отвагу, идя впереди своей роты и запечатлев своей смертью любовь и преданность Родине» (14). 

Согласно записи в метрической книге Успенского собора г. Оханска, 7 марта 1919 г. (15) были отпеты и захоронены прапорщик Третьяков Иван, подпоручик Носков Яков, подпоручик Сухов Дмитрий и капитан Скворцов Федор, а также рядовые Лунин Иван, Кациенко Иван, Гетин Василий и Ширинкин Петр.

Спустя много десятилетий после окончания Гражданской войны краевед из г. Оханска Александр Викторович Ширинкин записал рассказ местного старожила Павла Соснина, который будучи подростком присутствовал в 1919 г. на отпевании и похоронах Федора Скворцова и его однополчан. П. Соснин запомнил похороны офицера, у которого «вся грудь была в крестах» и показал А.В. Ширинкину место погребения Федора Скворцова у Успенского собора на высоком берегу Камы. Остальные были похоронены рядом, в общей братской могиле. Отпевали и хоронили протоирей Л. Знаменский, священник Воронцов и дьякон Окулов.

После отступления армии Колчака и восстановления в Оханске Советской власти кресты над могилами были снесены, дьякон Окулов расстрелян. Большевики закрыли Успенский собор, здание использовалось в хозяйственных целях и к концу 1980-х гг. находилось в полуразрушенном состоянии. После возвращения Успенского собора Русской православной церкви началось его восстановление, которое продолжается до сих пор. 

19 мая 2012 г. на месте захоронения Федора Лукьяновича Скворцова вновь был установлен православный крест. В настоящее время усилиями местных краеведов, духовенства и общественности у Успенского собора г. Оханска сооружается мемориал в память жертв Гражданской войны и воинов русской армии. Одним из этих воинов был воевавший на Германском фронте в 1914–1917 гг. потомок беломестных казаков Шацка и Лысых Гор, Полный Георгиевский кавалер, кавалер многих российских боевых орденов сибирский стрелок Федор Лукьянович Скворцов.

Восстановление Успенского собора. Оханск. 2012 г.

Оханск. Восстановление креста на могиле Ф.Л. Скворцова. 2012 год

Настоятель Успенского собора иерей Валерий (Овчиников) проводит поминальную службу на могиле Ф.Л. Скворцова. Оханск, 2014 г.

Поминальная служба на могиле Ф.Л. Скворцова. 2014 г. Оханск

Александр Крылов - доктор исторических наук, руководитель Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова, президент Научного общества кавказоведов

Примечания
 
(1) Забытый полк: страницы истории 3-го Барнаульского полка Белой армии: воспоминания, документы и другие материалы / Сост.: А.А. Краснощеков, В.А. Суманосов – Барнаул: Издательский дом «Барнаул», 2009.
(2) http://russiasib.ru/myatezh-chehoslovatskih-legionerov-vostochnaya-sibir-2/
(3) А.И. Камбалин после окончания военного училища в 1909 г. служил в сибирских стрелковых частях. Участвовал в Первой мировой и Гражданской войнах, был командиром 3-го Барнаульского Сибирского стрелкового полка. В эмиграции жил в США, в г. Сан-Франциско, скончался в 1972 г.
(4) Камбалин А.И. Десантная операция у Посольского монастыря на озере Байкал и бои у станции Посольской 14-20 августа 1918 года – Цит. по: Забытый полк: страницы истории 3-го Барнаульского полка Белой армии: воспоминания, документы и другие материалы / Сост.: А.А. Краснощеков, В.А. Суманосов – Барнаул: Издательский дом «Барнаул», 2009, с. 39-56.
(5) На современном памятном кресте на братском захоронении указано общее число погибших – 122 человека. В данном случае дает о себе знать явная неприязнь автора к чехословакам. 
(6) Там же.
(7)Там же, с. 67.
(8) http://wap.siberia.forum24.ru/?1-6-0-00000014-000-10001-0
(9) П. Парфенов записывал воспоминания местных жителей и очевидцев уже после Гражданской войны, этим объясняются неточности в звании и сроке ареста Ф. Скворцова.
(10) См. подробнее: Забытый полк: страницы истории 3-го Барнаульского полка Белой армии: воспоминания, документы и другие материалы / Сост.: А.А. Краснощеков, В.А. Суманосов – Барнаул: Издательский дом «Барнаул», 2009.
(11) Ситников М.Г. Бой за Очерский завод (рукопись).
(12) Епархиальные ведомости (Пермь). № 2, 1919, с. 41.
(13) Цит. по: М.Г. Ситников. Бой за Очерский завод (рукопись).
(14) РГВА, Фонд 40215, опись 1, д. 155, л. 38 об.
(15) Постоянная путаница с датами в разных документах объясняется недавним переходом на новый стиль летоисчисления, бурными событиями и общей сумятицей Гражданской войны. 

Материал подготовлен в рамках проекта Научного общества кавказоведов, «Этнокультурная идентичность в контексте интеграционных процессов на постсоветском пространстве», при реализации которого используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации №79-рп от 01.04.2015 и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Союз пенсионеров России» 

воинское искусство / вооружения грант-2016 историография Россия



Добавить комментарий
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Ваше сообщение:
   
Введите код:     
 
Выбор редакции
24.07.2016

И. Алиев в своем выступлении на саммите в Варшаве высоко оценил «поддержку...

22.07.2016

«Наши западники должны быть искренними и честными и объяснить народу, что ждёт Армению, если она изберёт...

19.07.2016

Мэр Кисловодска Александр КУРБАТОВ: «Я стараюсь выстраивать политику города в таком направлении, чтобы...

11.07.2016

У нас сегодня пять направлений промышленного и сельскохозяйственного развития. Особенно хорошо развивается...

29.06.2016

В работе круглого стола, состоявшегося 25 марта 2016 г. в Институте мировой экономики и международных отношений...

20.06.2016

3 июня на своем очередном заседании Комиссия по внешним связям Национального Собрания Армении одобрила...

15.06.2016

Восточный фронт Германской войны простоял на территории Кореличского района Белоруссии почти два года....

18.11.2015

В середине августа с.г. в госслужбу по безопасности пищевых продуктов Минсельхоза Армении поступили...

10.05.2015

Сергей МАРКЕДОНОВ

21.01.2015

«Исламское государство» (ИГ) актуализирует угрозы в отношении соседних с Россией стран: в январе его...

Опрос
2016 год на Южном Кавказе:

Библиотека
Монографии | Периодика | Статьи | Архив

АРМЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
Крылов А.Б. Армения в современном мире. Сборник статей. 2004 г.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ОСОБЕННОСТИ «ВИРТУАЛЬНОЙ» ДЕМОГРАФИИ
В книге исследована демографическая ситуация в Азербайджанской Республике (АР). В основе анализа лежит не только официальная азербайджанская статистика, но и данные авторитетных международных организаций. Показано, что в АР последовательно искажается картина миграционных потоков, статистика смертности и рождаемости, данные о ежегодном темпе роста и половом составе населения. Эти манипуляции позволяют искусственно увеличивать численность населения АР на 2.0 2.2 млн. человек.

ЯЗЫК ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА: ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Анализ политических решений и проектов относительно региональных конфликтов требует особого рассмотрения их языка. В современной лингвистике и философии язык рассматривается не столько как инструмент описания действительности, сколько механизм и форма её конструирования. Соответствующие различным социальным функциям различные модусы употребления языка приводят к формированию различных типов реальности (или представлений о ней). Одним из них является политическая реальность - она, разумеется, несводима только к языковым правилам, но в принципиальных чертах невыразима без них...

УКРАИНСКИЙ КРИЗИС 2014 Г.: РЕТРОСПЕКТИВНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ
В монографии разностороннему анализу подвергаются исторические обстоятельства и теории, способствовавшие разъединению восточнославянского сообщества и установлению границ «украинского государства», условность которых и проявилась в условиях современного кризиса...

РАДИКАЛИЗАЦИЯ ИСЛАМА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
Монография посвящена вопросам влияния внутренних и внешних факторов на политизацию и радикализацию ислама в Российской Федерации в постсоветский период, а также актуальным вопросам совершенствования противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму в РФ...

МИГРАЦИЯ И ЯЗЫК. ПУШТУНЫ В ПАКИСТАНСКОМ ВЫСОКОГОРЬЕ
Анализ миграционных процессов и этнолингвистической ситуации в различных частях иранского мира могут дать дополнительное понимание реалий Кавказского региона. Работа немецкого исследователя Маттиаса Вайнрайха, изданная Кафедрой Иранистики Ереванского государственного университета, посвящена вопросам языка и языковой среды пуштунских мигрантов севера Пакистана. Основная цель работы  - анализ роли пуштунских мигрантов в многоязычной среде региона и влияния этой среды на выбор модели коммуникации и языка общения. Книга, практически целиком основанная на полевом материале автора, может представлять интерес для широкого круга востоковедов, социологов и социолингвистов.



Перепечатка материалов сайта приветствуется при условии гиперссылки на сайт "Научного Общества Кавказоведов" www.kavkazoved.info

Мнения наших авторов могут не соответствовать мнению редакции.

Copyright © 2017 | НОК | info@kavkazoved.info