На главную страницу Карта сайта Написать письмо

Публикации

АВСТРО-ВЕНГЕРСКИЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ НА КАВКАЗЕ НАКАНУНЕ И В ГОДЫ ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ

Публикации | ПОПУЛЯРНОЕ | Андрей ПТИЦЫН | 28.01.2015 | 00:00
1 комментариев

Кавказ с древних времен являлся «перекрестком» культур и цивилизаций, и служил своеобразным «мостом» для массовых миграций. После вхождения этого региона в состав Российской империи там появились и переселенцы из стран зарубежной Европы. Примечательно, что на рубеже XIX–ХХ в. на Кавказе доля иностранцев среди всего населения была самой высокой по сравнению с другими регионами Российской империи. Приток зарубежных переселенцев обуславливали такие факторы, как наличие свободной земли и других природных богатств, бурное экономическое развитие региона, вызывавшее потребность в рабочих руках, капиталах и предприимчивых людях, сравнительно благоприятный климат, близость к портам и границам и т.д.

Среди иностранцев, прибывавших на Кавказ, доминировали выходцы из двух азиатских (Персии и Турции) и двух европейских стран (Германии и Австро-Венгрии). По данным Первой Всероссийской переписи 1897 г., всего на Кавказе проживало 2111 подданных Австро-Венгрии и 2573 уроженца этой страны. Распределение австро-венгерских выходцев по кавказским губерниям и областям было неравномерным. 60 % от их общего количества проживало на Северном Кавказе, 40 % – в Закавказье. Больше всего эмигрантов было зафиксировано в Черноморской губернии и Кубанской области, в этих регионах имелось около десятка чешских колоний. В то же время, около половины австро-венгерских переселенцев, находившихся на Кавказе, проживало в городах. Среди иммигрантов преобладали мужчины, что было связано с их большей социальной мобильностью (1).

К началу Первой мировой войны численность австро-венгерских подданных в России выросла по сравнению с 1897 г. почти в два раза – в основном, за счет притока новых переселенцев, а также вследствие  естественного прироста. Вероятно, к 1914 г. на Кавказе проживало уже более 4 тысяч граждан Габсбургской монархии. В своем подавляющем большинстве, они представляли славянские народы Австро-Венгрии.Преобладали среди переселенцев чехи, за ними следовали словаки, русины, словенцы. Также среди австро-венгерских эмигрантов на Кавказе были немцы и евреи.

Австро-венгерская переселенческая община состояла из представителей различных социальных групп и профессий: крестьян-колонистов, сельскохозяйственных и промышленных рабочих, ремесленников, технических специалистов, учителей, музыкантов и т.д. Особое место в эмигрантском сообществе занимали предприниматели: торговцы, владельцы промышленных и иных предприятий, руководители и акционеры компаний и т.п. Они являлись своеобразной переселенческой элитой, т.к. обладали значительными капиталами, имели хорошие связи с российскими административными и деловыми кругами, пользовались уважением со стороны соотечественников и россиян.

Австро-венгерское предпринимательство в России было многообразным, охватывая различные сферы экономики. В то же время, основная масса австро-венгерских предприятий концентрировалась в нескольких секторах, наиболее развитых в самой Габсбургской монархии: пивоваренной и пищевой промышленности, металлообработке и машиностроении, текстильном и швейном производстве, изготовлении мебели, торговле и сфере услуг. Это же было характерно и для Кавказа.

Первыми Кавказский регион еще с середины XIXв. стали осваивать странствующие словацкие торговцы и ремесленники.Так, уже в 1860 г. Ставрополь и другие кавказские города посетили 20 словацких торговцев, в том числе представители известной предпринимательской семьи Орсагов (2).

С 80-х гг. XIXв. на Северном Кавказе стали возникать различные заводы и фабрики, принадлежавшие чешским владельцам.Наибольший размах этот процесс приобрел в начале ХХ в., особенно в предвоенные годы.  В то время здесь действовало несколько десятков промышленных и торговых предприятий, принадлежавших чехам и словакам.

Самую заметную роль чехи сыграли в возникновении и развитии местной пивоваренной промышленности. Накануне Первой мировой войны только в Кубанской области действовало 11 чешских пивоваренных заводов (в Екатеринодаре, Майкопе, Темрюке, Анапе, Армавире, станицах Крымской, Отрадной, Лабинской, Усть-Лабинской, Тихорецкой и селе Ольгинском). В Ставропольской губернии 3 пивзавода принадлежало чехам (братья Антон и  Франц Груби открыли свои предприятия в Ставрополе и селе Белая Глина, а Карл Гавлик – в селе Александровском), и еще один – австрийскому немцу   (завод Эрнеста Профета в Ставрополе). Подобные предприятия действовали и в других кавказских областях и губерниях. Чехи умудрились открывать пивзаводы даже в таких экзотических местах, как далекий закавказский город Карс и село Хасавюрт в Чечне (3).

Владельцем  металлообрабатывающего завода в Екатеринодаре был чех Карл Гусник, его совладельцем являлся сын Владимир. Словак Йозеф Белон был хозяином металлообрабатывающих мастерских в Тифлисе и Баку. Чешский инженер Алоиз Навратил возглавлял крупную строительную фирму, которая имела отделения в Ростове-на-Дону и Майкопе (4). 

Чешскими переселенцами на Кавказе был открыт ряд небольших предприятий перерабатывающей промышленности: колбасных фабрик, мельниц, маслобойных заводов и т.п. Среди предприятий подобного рода можно назвать маслобойный завод Оскара Лажанского в Армавире, мельницу Вячеслава Козеля в станице Лабинской, колбасные фабрики Карла Новотни в Ставрополе, братьев Вратислава и Юлиана Штепанеков в Армавире и др. (5)  

Чешские и словацкие фабриканты, как правило, привлекали на свои предприятия в качестве инженеров, мастеров и квалифицированных рабочих своих соотечественников. Так, почти на всех чешских пивоваренных заводах мастерами-пивоварами тоже были чехи. А в тифлисских мастерских словака Йозефа Белона в годы войны было занято 28 рабочих из числа его соотечественников (6).

Во многих городах и селениях Кавказа на постоянной основе действовали торговые предприятия, принадлежавшие чехам и словакам. Они также выступали в качестве представителей иностранных торговых фирм. Примером преуспевающего торговца может служить ставропольский купец 1 гильдии чех Карл Новотни, который являлся одним из крупнейших игроков на северокавказском мясном рынке. Он вел оптовую торговлю скотом, владел сетью мясных лавок и собственной колбасной фабрикой. В предвоенные годы ежегодные операции К. Новотни доходили до весьма внушительной в те времена суммы в 300 тыс. руб. (7)  Словацкие торговцы вели развозную и разносную торговлю во многих селах и станицах рассматриваемого региона. Странствующие торговцы-словаки на Кавказе добирались даже до высокогорной Теберды.

Чешские предприниматели действовали также в сфере услуг, выступая в качестве владельцев гостиниц, трактиров, кинематографов и т.д. Так, например целую сеть трактиров открыл в предвоенные годы в Ставропольской губернии владелец ставропольского пивоваренного завода  Антон Груби (8). Хозяевами гостиниц на Черноморском побережье являлись Ярослав Вострый (Новороссийск), Вацлав Старец (Анапа), Бартоломей Флегр (Геленджик). Чешка Богумила Шиллерова открыла первый курортный пансионат в Геленджике(9).

Поступательному развитию австро-венгерского предпринимательства в России положила конец Первая мировая война. До ее начала австро-венгерские подданные, как и другие иностранцы, пользовались в Российской империи широкими правами и свободами, а в сфере предпринимательства были фактически уравнены в правах с местными жителями. Теперь же подданные Австро-Венгрии, Германии, Турции, а позднее и Болгарии, стали рассматриваться как представители «враждебных держав», а их имущественные и личные права стали всячески ограничиваться. Российские власти и «патриотическая общественность», обеспокоенные значительной ролью германского и австро-венгерского капитала в экономике страны, начали широкомасштабную компанию по его вытеснению и ликвидации. В 1915 г. был издан целый ряд чрезвычайных законов, направленных на ликвидацию предприятий, принадлежавших «враждебным иностранцам». В ходе их реализации были закрыты или переданы в другие руки значительная часть предприятий, принадлежавших австро-венгерским, германским и турецким подданным.

В то же время, решением правительства из сферы действия ликвидационных законов были исключены те из «неприятельских подданных славянского происхождения», кто был «оставлен в местах прежнего жительства в империи» (т.е. представил документы о своем славянском происхождении и прошел проверку на «благонадежность» у местных властей). Кроме того, избежали потери собственности те иммигранты, кто давно принял российское подданство. Также ликвидационные законы не распространялись на тех переселенцев, чьи близкие родственники служили в российской армии и получили там ранения или награды (10).

Чтобы защитить себя и свои предприятия от действия чрезвычайных законов, чехам и словакам приходилось затрачивать немало сил. Во-первых, им требовалось доказать свое славянское происхождение. В тогдашних удостоверениях личности, как австро-венгерских, так и российских, графа «национальность» попросту отсутствовала, ее заменяла графа «вероисповедание». Здесь на помощь приходили удостоверения, выдаваемые местными чешскими обществами, или поручительства известных и уважаемых соотечественников. Сразу же после начала войны в Екатеринодаре был арестован ряд австрийских подданных, в числе которых были чехи. Выйти на свободу последние смогли благодаря ходатайству уважаемого местными властями человека – заводчика Владимира Гусника (11).

В июле 1916 г. владелец пивоваренного завода в селе Александровском Ставропольской губернии чех Карл Гавлик обнаружил свое имя в списке лиц, чье недвижимое имущество было выставлено уездными властями на торги, как принадлежащее неприятельским подданным. Только своевременно поданная им жалоба на имя губернатора, и представленное удостоверение в славянском происхождении предпринимателя не позволили этим торгам состояться (12).

Сразу же после начала войны, опасаясь преследований и стараясь подчеркнуть свою лояльность, проживающие в России чехи и словаки стали в массовом порядке подавать ходатайства о переходе в российское подданство.  Как «лица славянского происхождения», они получали его в ускоренном и упрощенном порядке. Большинство чешских и словацких предпринимателей сменили свое подданство именно в конце 1914 и начале 1915 г. Впрочем, другая часть предпринимателей, давно живущих в России, сменила подданство еще до войны (13).

Первая мировая война вызвала в среде чешской эмиграции подъем национального самосознания. Среди чехов-переселенцев утвердилась мысль о том, что они должны поддержать Россию в её борьбе с Австро-Венгрией и Германией, поскольку результатом этой борьбы станет воссоздание независимого чешского государства. Представители чешской диаспоры на юге России неоднократно выступали в печати о своей поддержке России в ее борьбе с «угнетательницей славян» – империей Габсбургов. В частности, с подобными статьями в кубанской прессе выступал Владимир Гусник.

«Славянский патриотизм» чехов также находил свое выражение в денежных пожертвованиях в пользу семей военнослужащих российской армии, раненых и т.д. Так, в июле 1914 г. члены чешской колонии в Армавире приняли решение отчислять определенный процент из получаемого каждым из них заработка в пользу семей военнослужащих в течение всей войны. А владелец местного  маслобойного завода чех Оскар Лажанский выдал каждому мобилизованному из числа своих работников двухмесячный оклад жалования и принял на себя обязательство материально поддерживать их семьи (14). Помощник начальника Кубанского областного жандармского управления по Черноморской губернии в своем докладе губернатору (март 1915 г.) отмечал, что «среди чехов вспыхнул патриотизм славян: чтобы доказать свою преданность России, они стали вносить пожертвования на нужды войны» (15). 

Чешские и словацкие предприниматели рассматриваемого региона приняли участие в формировании и финансировании чешской добровольческой дружины (позднее – корпуса). По решению чешских комитетов, все проживавшие в России соотечественники должны были платить особый налог на содержание этого воинского соединения. Уже в августе 1914 г. в Екатеринодаре на заводе Гусника началась запись добровольцев в дружину. В числе первых чешских добровольцев были и представители предпринимательских кругов. В частности, среди добровольцев, прибывших из Майкопа. Были владелец колбасной мастерской Иосиф Трисоль и совладелец строительной фирмы Владимир Навратил (16).

Несмотря на то, что чехи и словаки всячески демонстрировали российским властям свою лояльность, отношение к ним, как к бывшим «австрийскоподданным», оставалось настороженным. Полиция регулярно собирала сведения о настроениях эмигрантов и надзирала за «подозрительными». О том, насколько уязвимым было положение переселенцев, свидетельствует случай, произошедший со ставропольским предпринимателем и инженером чехом Алоизом Эргартом (владельцем фирмы, занимавшейся добычей природного газа, изготовлением и монтажом газового оборудования). 18 августа 1915 г. А. Эргарт встретился с находившимися в Ставрополе военнопленными– чехами, которые сообщили ему, что русским солдатам на фронте не хватает оружия, из-за чего многие из них недавно попали в плен к австрийцам. В тот же день в частном разговоре с несколькими своими знакомыми – ставропольскими предпринимателями – А. Эргарт повторил полученную от пленных информацию. Один из бдительных собеседников тут же поспешил в полицию и сообщил о том, что «инженер Эргарт – австрийский шпион, ведущий пораженческие разговоры». В полиции тут же завели на чешского эмигранта дело и вызвали на допрос его самого и других участников беседы. Инженеру удалось доказать, что, хотя он высказался «неосторожно», но не имел при этом злого умысла, а лишь передал чужие слова. Помогла ему и репутация известного и уважаемого в городе предпринимателя. Впрочем, самим полицейским А. Эргарт также был отлично известен, так он неоднократно привлекался ими в  качестве переводчика. В итоге дело кончилось тем, что А. Эргарт был оштрафован на 25 руб., пережив во время допроса и следствия весьма неприятные минуты (17).

Война привела к большим переменам и в собственно профессиональной деятельности чешских и словацких предпринимателей. Больше всего пострадали пивовары, составлявшие самую многочисленную прослойку чешских предпринимателей. Сразу после начала войны в нашей стране был введен «сухой закон», что привело к закрытию большинства пивоваренных заводов, а оставшиеся были перепрофилированы на выпуск безалкогольных напитков, масштабы производства и прибыли при этом существенно сократились.

В то же время, другие предприятия, принадлежавшие чехам и словакам, продолжили свою деятельность. Так, в составленном в конце 1915 г. в Кубанской областной войсковой канцелярии списке австрийских подданных, оставленных на жительство на Кубани, упомянуты чехи – владельцы мельниц в Майкопе (Вячеслав Товара), станице Уманской (Владислав Некокса), станице Лабинской (Вячеслав Козель) и хуторах Кавказского отдела (Александр Кулганек и Антон Кочвара) и хозяева колбасных фабрик в Армавире (Юлиан Штепанек) и станице Лабинской (Франц Малирж) (18).

Развитию иностранного предпринимательства в нашей стране положила конец Октябрьская революция 1917 г. В ходе национализации владельцы предприятий, в том числе иностранцы, лишились своей собственности. Начавшаяся в стране гражданская война поставила под угрозу жизнь переселенцев и членов их семей. В этих условиях, начиная с весны 1918 г., набирает ход австро-венгерская реэмиграция из России. Вернулись на родину, в ставшую теперь независимой Чехословакию, и большинство чешских и словацких предпринимателей. Однако память о деятельности этих людей, внесших свой вклад в социально-экономическое развитие кавказских регионов, продолжает сохраняться и в наши дни.    

Андрей ПТИЦЫН (Северо-Кавказский федеральный университет)

Доклад представлен в ходе международной научно-практической конференции «Кавказ в годы Первой мировой войны» (Пятигорск, 28-30 ноября 2014 г.). Доклады публикуются в авторской редакции.

Примечания
 
(1) Общий свод по империи результатов разработки данных Первой Всеобщей переписи населения, произведенной 29 января 1897 г. СПб., 1905. Т. II. С. 122-123, 228.
(2) ГАСК. Ф. 101. Оп. 1. Д. 3940. Л. 570.
(3) См.: Список фабрик и заводов Российской империи / Ред. В.Е. Варзар. СПб., 1912.
(4) Там же.
(5) Там же.
(6)Пукиш В.С. Чехи Северного Кавказа. Годы и судьбы: 1868-2010. Ростов-на-Дону, 2010. С. 290.
(7) ГАСК. Ф. 459. Оп. 1. Д. 12032. Л. 50.  
(8) ГАСК. Ф. 459. Оп. 1. Д. 12032. Л.107-137.
(9) Пукиш В.С. Указ. соч. С. 68, 71.
(10) РГИА. Ф. 23. Оп. 28. Д. 3173. Л. 3-4.
(11) Пукиш В.С. Указ. соч. С. 107.
(12) ГАСК. Ф. 68. Оп. 2. Ч. 2. Д. 7997. Л. 2-7.
(13) РГИА. Ф. 1284. Оп. 243. Ч. 2. Д. 7631-7648.
(14) Ктиторов С.Н. Чешский след в истории Армавира/ Мир славян Северного Кавказа. Вып. 2. Краснодар, 2005. С. 275.
(15) Матвеев О.В. «Среди них вспыхнул патриотизм славян…»: Чехи Кубанской области и Черноморской губернии в годы Первой мировой войны/ Мир славян Северного Кавказа. Вып. 5. Краснодар, 2009. С. 135.
(16) Матвеев О.В. Указ. соч. С. 131.
(17) ГАСК. Ф. 101. Оп. 4. Д. 3679. Л. 1-7.
(18) ГАКК. Ф. 454. Оп. 1. Д. 5844.

историография Кавказ Первая мировая война Россия экономика

     
 

Комментарии

 
     
 
Гость | 01.02.2015 | 21:31
 
 
 

Очень интересные данные об истории многонационального Северного Кавказ. Спасибо автору за это глубокое исследование.

 
     
  ответить  
     
 
 


Добавить комментарий
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Ваше сообщение:
   
Введите код:     
 
Выбор редакции
21.05.2020

Интервью Александра КРЫЛОВА


01.10.2019

Рассматривается роль ведущих мировых и региональных держав в геополитических процессах Кавказского...

17.09.2019

В уходящем летнем сезоне – закроется он примерно в ноябре – Северный Кавказ переживает настоящий...

11.08.2019

Отказ правительства от эксплуатации Амулсарского золотого рудника даже в случае позитивного экспертного...

05.05.2019

Джордж Сорос выступил с идеей подчинения армянского государства транснациональным «неправительственным» структурам

27.03.2019

В настоящее время выстраивается диалог между новой армянской властью и Россией. Кроме того, те шаги,...

Опрос
Сворачивание военных действий в Сирии

Библиотека
Монографии | Периодика | Статьи | Архив

29-й и 67-й СИБИРСКИЕ СТРЕЛКОВЫЕ ПОЛКИ НА ГЕРМАНСКОМ ФРОНТЕ 1914-1918 гг. (по архивным документам)
Полковые архивы представляют собой источник, который современен Первой мировой войне, на них нет отпечатка будущих потрясших Россию событий. Поэтому они дают читателю уникальную возможность ознакомиться с фактами, а не с их более поздними трактовками, проследить события день за днем и составить собственное мнение о важнейшем периоде отечественной истории.

АРМЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
Крылов А.Б. Армения в современном мире. Сборник статей. 2004 г.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ОСОБЕННОСТИ «ВИРТУАЛЬНОЙ» ДЕМОГРАФИИ
В книге исследована демографическая ситуация в Азербайджанской Республике (АР). В основе анализа лежит не только официальная азербайджанская статистика, но и данные авторитетных международных организаций. Показано, что в АР последовательно искажается картина миграционных потоков, статистика смертности и рождаемости, данные о ежегодном темпе роста и половом составе населения. Эти манипуляции позволяют искусственно увеличивать численность населения АР на 2.0 2.2 млн. человек.

ЯЗЫК ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА: ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Анализ политических решений и проектов относительно региональных конфликтов требует особого рассмотрения их языка. В современной лингвистике и философии язык рассматривается не столько как инструмент описания действительности, сколько механизм и форма её конструирования. Соответствующие различным социальным функциям различные модусы употребления языка приводят к формированию различных типов реальности (или представлений о ней). Одним из них является политическая реальность - она, разумеется, несводима только к языковым правилам, но в принципиальных чертах невыразима без них...

УКРАИНСКИЙ КРИЗИС 2014 Г.: РЕТРОСПЕКТИВНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ
В монографии разностороннему анализу подвергаются исторические обстоятельства и теории, способствовавшие разъединению восточнославянского сообщества и установлению границ «украинского государства», условность которых и проявилась в условиях современного кризиса...

РАДИКАЛИЗАЦИЯ ИСЛАМА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
Монография посвящена вопросам влияния внутренних и внешних факторов на политизацию и радикализацию ислама в Российской Федерации в постсоветский период, а также актуальным вопросам совершенствования противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму в РФ...



Перепечатка материалов сайта приветствуется при условии гиперссылки на сайт "Научного Общества Кавказоведов" www.kavkazoved.info

Мнения наших авторов могут не соответствовать мнению редакции.

Copyright © 2020 | НОК | info@kavkazoved.info