На главную страницу Карта сайта Написать письмо

Публикации

ПОСТПОЗИТИВНАЯ ЧАСТИЦА -Ы В КУДАРСКОМ ДИАЛЕКТЕ ОСЕТИНСКОГО ЯЗЫКА

Публикации | ПОПУЛЯРНОЕ | Юрий ДЗИЦЦОЙТЫ (Южная Осетия) | 24.09.2015 | 17:29

1. Несмотря на многочисленные работы по диалектологии осетинского языка, в вопросе научного изучения кударского диалекта все еще остаются белые пятна. Неописанной остается, в частности, постпозитивная частица -ы, а также связанные с ней вопросы просодии и синтаксиса. Между тем, рассматриваемое явление настолько широко представлено в кударском диалекте, что давно уже пробило себе дорогу в язык художественной литературы, создаваемой в Южной Осетии. Например, у одного из писателей находим следующий диалог: «Кæй лæппуйæ дæ нæ фæрсын?! – Æз-ы. – Ды, уæдæ мæ фыды фыд?» [Гæззаты 1955: 202], т.е. «Я же задал тебе вопрос: чей ты сын?! – Кто? Я? – Ну, а кто же еще, не дед же мой!». Более того, некоторые из диалектологов сами пользовались частицей -ы в своей повседневной речи, но не описали ее в своих исследованиях (1).

2.1.1. Частица -ы чаще всего употребляется в вопросительных предложениях в следующих случаях: а) когда необходимо уточнить вопрос или любую другую информацию, только что прозвучавшую в разговоре, б) для выражения удивления, возмущения, презрения или другого негативного отношения к полученному ответу.

2.1.2. Обычно частица -ы присоединяется к наречиям кæм? «где?», кæд? «когда?», куыд? «как?», кæдæм? «куда?», к местоимениям чи? «кто?», шы? «что?». Например:

– Кæм уыдтæ? «Где ты был?»

– Хæжары. «Дома».

– Кæм-ы? «Где-где?» (или: «Да не может быть!», «Да что ты говоришь!»).

2.1.3. В диалоге с вопросительными оборотами одно и то же наречие или местоимение в зависимости от цели задаваемого вопроса может быть употреблено как с постпозитивной частицей -ы, так и без нее. Например:

– Шæуын дæ хъæуы «Тебе придется идти / выйти»

– Кæдæм? «Куда?»

– Базармæ. «На рынок»

– Кæдæм-ы? «Куда-куда?».

Первый из этих вопросов (кæдæм?) призван выяснить, куда именно следует идти собеседнику, тогда как второй (кæдæм-ы?) выражает удивление услышанным или несогласие с ним.

2.1.4. В случае, если местоимение или наречие исходит на гласную, между ним и частицей -ы появляется эпентетическое -й- для преодоления зияния. Так, мы имеем: шы-й-ы? «чего-чего?» = «что ты сказал?», чи-й-ы? «кто-кто?» и т.п. Эпентеза -й- появляется также между рассматриваемой частицей и основой, исходящей на -й. Ср.: кæй-й-ы? «кого именно?», шæмæй-й-ы? «чем именно?». Ср. в предложениях: Жæбуг дæм нæй-й-ы? «Нет ли у тебя молотка?» Шæмæй йæ ныччавтай? – Дурæй! – Шæмæй-й-ы? т.е. «Чем ты запустил в него? – Камнем! – Чем-чем?».

2.2.1. Постпозитивная частица -ы употребляется и в тех случаях, когда говорящему необходимо уточнить слова третьего лица, участие или отсутствие которого в разговоре не играет никакой роли. В этом случае частица -ы присоединяется к показателю косвенной речи -дам-. Например: шы-дам-ы? «чего он такое сказал?», кæм-дам-ы? «где-говорит-(находится то / тот, о чем / о ком уже шла речь)?» и т.п.

2.2.2. Частица -ы почти всегда стоит в конце предложения, а все предложение представляет собой единый акцентуальный комплекс.

2.3.1. В вопросительных предложениях постпозитивная частица -ы употребляется и при глаголах. Например: Хæжармæ шæуыс-ы? «Не собираешься ли ты идти домой?», Сæ хъуыттæгтæ кæнынч-ы? «Занимаются ли они своими делами (букв.: делают ли свои дела)?», Горæты уыдтæ-й-ы? «Был ли / бывал ли ты в городе?».

2.3.2. В подобных случаях в иронском и дигорском диалектах, не знающих постпозитивной вопросительной частицы -ы, наблюдается интонационный подъем на последнем слоге: Хæзармæ сæуы↑ш?   Шæ хъуыддæгтæ кæны↑нц? Горæты уыдтæ↑?

Поскольку в кударском диалекте подъема интонации не происходит, похоже, что частица -ы направлена на нейтрализацию этого подъема.

2.3.3. В подавляющем большинстве вопросительных предложений, исходящих на глагол, наращения частицы -ы не происходит. Ср.: Дæ хъуыддæгтæ сарызтай? «Сделал ли ты свои дела?», Шытæ кусыс? «Чем ты занимаешься?», Кусыс? «Ты (вообще) работаешь?» и т.п.

Причина отсутствия частицы -ы в этих и подобных примерах не совсем ясна. Возможно, в прошлом в них имелись дейктические частицы или местоимения, которые, как увидим ниже, не требуют присутствия рядом с собой постпозитивной частицы -ы. Т.е. в прошлом цитированные примеры могли иметь более полный вид: Дæ хъуыддæгтæ нæ сарызтай? «Не сделал ли ты еще свои дела?», Шымæ шытæ кусыс? «Интересно, чем ты там занимаешься?», Искуы кусыс? «Ты (вообще) работаешь где-то?» и т.п. Но впоследствии дейксисы отпали.

2.3.4. В западном (квайсинском) говоре кударского диалекта частица -ы появляется и в соседстве с дейксисами, что исключено для остальной части кударского ареала. Например, в селении Теделет говорят: Нæ йæ зоныс-ы? «Не знаешь ли ты его?» (Информант Хуыгаты Анатоли, сел. Хæрдысæр). Впрочем, и в других регионах кударского ареала сегодня можно услышать, например, такие фразы: Æмæ ма дын ис рæстæг-ы? || Æмæ ма дын рæстæг ис-ы? т.е. «А у тебя есть еще время?».

2.3.5. Одно и то же вопросительное предложение может быть оформлено как с помощью частицы -ы, так и без неё. При этом смысл предложения меняется. Ср., с одной стороны, Жæджыхъæумæ шæуыс-ы? «Ты собираешься (когда-нибудь / вообще) ехать во Владикавказ?», а с другой – Жæджыхъæумæ шæуыс? «Не во Владикавказ ли ты собираешься ехать?». В первом случае говорящий пытается выяснить, имеет ли собеседник намерение ехать вообще (в данном случае во Владикавказ), а во втором пытается выяснить, куда именно собирается ехать собеседник.

2.3.6. К личным формам глагола уын «быть» в вопросительных предложениях частица -ы присоединяется только в единственном числе и только к формам первого и второго лица, а к форме третьего лица не присоединяется: Æз дæн-ы? «Это я?», «Я ли это?», Ды дæ-й-ы? «Это ты?», «Ты ли это?»; но: Уи у? «Это он?», «Он ли это?».

В личных формах глагола уын во множественном числе частица -ы чаще всего отсутствует. Можно даже привести такой любопытный пример: Сымах ыстут? «Это вы?», «Вы ли это?» и Сымах ыстут-ы? «Вы встаете?». Во втором из этих примеров употреблен глагол ыстын «вставать», при котором в вопросительном обороте появилась постпозитивная частица -ы.

Иронский диалект в примерах, подобных приведенным, знает только одну форму, хотя и с разным местом ударения – Шымах ыштут? «Вы ли это?» и Шымах ыштут? «Вы встаете?»

3.1. Вопросительное предложение, состоящее из одного слова и выражающее удивление, может быть как с частицей -ы, так и без нее. В последнем случае происходит растяжение корневой гласной. Например: кæææм? «где?», «где именно?» вместо кæм-ы?; чиии? «кто?», «кто именно?» вместо чи-й-ы? и т.п.

3.2. Частица -ы не появляется и при удвоении вопросительного местоимения, наречия или другого вопросительного слова-предложения, например: чи-чи? «кто именно?», кæм-кæ(м)? «а где именно?».

3.3. Частица -ы не появляется и в том случае, если в вопросительном предложении имеются другие частицы или местоимения уточняющего характера (дейксисы). Например: Хæжармæ шæуыс-ы? = Хæжармæ нæ шæуыс? «Не собираешься ли ты идти домой?», Хæжармæ нæма шæуыс? «Ты пока не собираешься идти домой?», Хæжармæ кæд шæуыс? «Ты когда пойдешь домой?», Сæ хъуыттæгтæ нæ кæнынч? «Не занимаются ли они своими делами?».

В подобных примерах часто употребляется еще и вопросительная частица хо «ли, ль» (из грузинской хом с тем же значением), например: Хæжармæ хо нæ шæуыс? «Не собираешься ли ты идти домой?».

3.4. Частица -ы не появляется и в вопросительных предложениях с инверсионным порядком членов. Например: Хæжармæ шæуыс-ы? «Ты собираешься идти домой?», но: Шæуыс хæжармæ? «Ты идешь домой?». Впрочем, здесь нередко наблюдается «сбой». Ср., например, такое предложение: Цæут-ы Чъыребамæ? «Так вы едете в Цхинвал?» (со слов Туаты Барис, чисанский говор).

4.1. Частица -ы употребляется также в выражениях возмущения, досады, сожаления. Например: Нæ дæ хъæуы зæрдæ-й-ы! «Надо же!», букв. «Не хочешь ли ты сердца [которое выдержало бы все это]!». Это и подобные предложения содержат вопрос в латентном виде.

5.1.1. Постпозитивная частица -ы нередко появляется и в повествовательных предложениях. Так, у информанта Хуыгаты Анатолия мы записали следующую фразу: Куыд уынын хъуыттæгтæ, æуи мæ бон шас ысси зæгъын-ы, афтæ йæ захтон «В меру своих возможностей я выразил свой взгляд на происходящее». Ср. также: Нæ фынг афтæ рæсугъд у-й-ы, æмæ ардыгæй райсоммæ дæр бадджыстæм, т.е. «Мы сидим за таким прекрасным столом (букв.: наш стол настолько красив), что могли бы сидеть и до утра».

5.2.1. В сложноподчиненных предложениях с условным придаточным предложением при сказуемом, выраженным глаголом, появляется частица -ы. Например: Кæд шæуыс-ы, уæд рæстæгыл ашу! т.е. «Если ты (вообще) собираешься / намерен ехать (туда), то поезжай вовремя!». То же самое находим в третьем лице: Кæд шæуы-й-ы, уæд рæстæгыл ашæуæт! «Если он / она собирается ехать, то пусть едет вовремя!». То же самое находим в формах множественного числа: Кæд шæут-ы, уæд рæстæгыл ашæут! «Если вы собираетесь ехать, то езжайте вовремя!», Кæд шæуынч-ы, уæд рæстæгыл ашæуæт! «Если они собираются ехать, то пусть едут вовремя!».

Эти же предложения можно сформулировать и без частицы -ы, но это повлечет за собой интонационный подъем и смещение ударения. Например: Кæд шæуы↑с (шæуы↑), уæд рæстæгыл ашу (ашæуæт)! Предложение при этом приобретет оттенок возмущения, негодования, что-то вроде «Едешь, так езжай уже!»

В первом случае придаточное предложение содержит вопрос в латентном виде. Т.е. говорящий пытается выяснить (получить ответ на вопрос), собирается ли собеседник или третье лицо (третьи лица) ехать куда-то вообще (2). Во втором случае попытка выяснить намерения собеседника или третьего лица (лиц) полностью отсутствует. Говорящий как бы заявляет, что ему все равно, собирается собеседник ехать или нет. Но, если он все же собирается ехать, то пусть учтет такое-то обстоятельство…

В анализируемых конструкциях особенно часто употребляются глаголы фæндын «хотеть, желать», хъæуын «хотеть, нуждаться, быть необходимым». Например: Кæд æй фæнды-й-ы, уæд… «Если он / она хочет, то…»; Кæд æй хъæуы-й-ы, уæд… «Если ему / ей это нужно, то…»

5.2.2. Сказуемое, выраженное глаголом, в условном придаточном предложении не всегда требует при себе частицы -ы. Ср.: Кæд кусыс, уæд бакус! «Коли ты взялся за работу, то работай!».

В условных придаточных предложениях частица -ы появляется при сказуемом только в том случае, если выражающий его глагол в форме инфинитива требует ударения на втором от начала слоге. К таким глаголам относятся: шæуын «идти; ехать», хæрын «есть, кушать» и т.п. Но если глагол в форме инфинитива требует ударения на первом слоге, то в условных придаточных предложениях к нему не присоединяется частица -ы. К числу таких глаголов относятся: кусын «делать; работать», журын «говорить» и т.п. Например: Кæд кусы, уæд бакусæт! «Если он собирается работать, то пусть работает!».

5.3.1. В восклицательных предложениях частица -ы используется для выражения восхищения, причем, говорящий пытается привлечь внимание других к предмету восхищения. Ср.: Куыд ныффидар кодта йæхи чызг-ы! т.е. «Удивительно, как (эта) девочка / девушка выдержала (такое давление на себя)!». Эту же фразу можно перестроить так: Чызг куыд ныффидар кодта йæхи-й-ы! Но эту же фразу можно перестроить так, чтобы в ней не было частицы -ы, например: Чызг йæхи куыд ныффидар кодта!

Разумеется, при таком актуальном членении меняются тема-рематические отношения. Но для нас в данном случае это не важно. Обратим внимание на то, что частица -ы в приведенной фразе появляется только в том случае, если словесное ударение рискует оказаться в абсолютном исходе предложения: чызг, йæхи. Но когда в абсолютном исходе оказывается слово, в котором ударение падает на второй от конца слог (кодта), частица -ы не появляется. Таким образом, частица -ы и в данном случае призвана нейтрализовать необходимый подъем интонации на последнем слоге.

5.4.1. В квайсинском говоре кударского диалекта в сложноподчиненных повествовательных предложениях частица -ы появляется и в тех случаях, которые пока не поддаются точному определению. Например: (Абиан) Йæ сывæллæттæн шы хуыдта-й-ы, мæ сывæллæттæн дæр уи, т.е. «(Абаева была такая женщина, что) Все что (она) шила (из одежды) для своих детей, то же (шила) и для моих» (информант Бæззаты Руслан, сел. Хахет). В этом и подобных предложениях дзауский говор кударского диалекта категорически исключает частицу -ы, а также перенос ударения на второй от начала слог сказуемого. Т.е. в дзауском говоре сказали бы так: (Абиан) Йæ сывæллæттæн шы хуыдта(↑), мæ сывæллæттæн дæр уи.

Следующий пример, записанный со слов этого же информанта, также примечателен появлением второго (более слабого) ударения на сказуемом: Уæртæ ушы хæжар нæ ауæй ис-ы, æмæ джы ныр уæртæ ушы чызг шæры, т.е. «Ведь вон тот дом (хозяева) продали (букв.: дом продался), и теперь там живет вон та девушка». В этом предложении можно усмотреть вопрос в латентном виде – говорящий попутно пытается убедиться в том, что собеседник в курсе произошедшего: «надеюсь, ты знаешь о том, что вон тот дом продали…» При этом, присоединив к сказуемому неуместную в данном случае (с точки зрения большинства носителей кударского диалекта) частицу -ы, говорящий вынужден поставить еще одно ударение, чтобы выдержать общий для кударского диалекта интонационный рисунок – ударение оказывается на втором от конца слоге сказуемого.

5.4.2. Квайсинский говор кударского диалекта, как и кударский диалект в целом, плохо изучен. Данное обстоятельство не позволяет нам судить о причине расхождений в употреблении частицы -ы между квайсинским и дзауским говорами. Поскольку квайсинский говор более последователен в использовании рассматриваемой частицы, возможно, именно он сохранил более архаичное состояние, а дзауский говор утратил его в большинстве повествовательных предложений, допустив в определенных случаях интонационный подъем на последнем слоге. Не исключено, что эти изменения в дзауском говоре произошли под влиянием иронского диалекта осетинского языка, где интонационный подъем является нормой.

6.1.1. Можно было бы предположить, что постпозитивная частица -ы в «окаменевшем», застывшем виде представлена и в составе следующих четырех кударских частиц: утвердительных частиц гуы’-ы || гуы’ «да!», «разумеется!», (ў)о-й-ы || (ў)о-’-ы «да!», «как бы не так!» и отрицательных частиц нæ-й-ы || нæ-’-ы «нет!», ы’ы «нет!».

6.1.2. Кударские формы нæйы, нæ’ы проникли и в язык художественной литературы: нæ-й-ы [Гуыцмæзты 1981: 179, 409, 412; Гæбулты 1988: 398], нæ-ы [Гуыцмæзты 1993: 320], нæхъ [Нафи 2007: 498].

6.1.3. Данные формы встречаются и в чисанском говоре иронского диалекта [Дзиццойты 2008: 144].

6.1.4. Формы о-й-ы, уо’ы также проникли в язык художественной литературы: гъохъ [Гуыцмæзты 1978: 12], о-й-ы [Плиты 1986: 217].

6.1.5. В слове гуы’ы || гуы’ конечное -ы встречается факультативно, а в двух других частицах настолько срослось с частицами о и нæ, что кударские ойы и нæйы рассматриваются как неразложимые слова.

6.1.6. В иронском диалекте первая из этих частиц не представлена вовсе (там находим только частицу бæгуы «как же!», «конечно!»), а вторая и третья встречаются соответственно в форме о «да» и нæ || нæ’а «нет».

6.2.1. Крайне интересно, что в перечисленных словах зияние устраняется не только с помощью эпентезы -й-, но и с помощью ларингального абруптива (’), представленного и в иронской форме нæ’а. В осетинском языке нет других слов, в которых бы присутствовал ларингальный абруптив, хотя в нем под влиянием кавказских языков появились такие абруптивы, как k’, p’, t’, c’ и č’. Нет сомнений, что и ларингальный абруптив ’ появился в осетинском языке под влиянием соседних кавказских языков.

6.2.2. В ряде кавказских языков частица «нет» употребляется именно с ларингальным абруптивом, ср.: бежтинское gä’ä, багвалинское ĩ’ĩ, тиндское, чамалинское ã’ã, бежтинское ẽ’ẽ, гинухское o’o, рутульское wa’, удинское, хиналугское va’ [СКЯ: 380]. Также и частица «да» в некоторых кавказских языках представлена с ларингальным абруптивом: чеченское, бацбийское ha’ (< пранахское *ha’), цахурское ho’o [СКЯ: 374]. Учитывая полное семантическое и фонетическое совпадение кударских частиц уо’ы, ы’ы с соответствующими кавказскими частицами, не исключено, что в осетинский язык они усвоены на Кавказе в «готовом» виде и, следовательно, в них невозможно выделить интересующую нас постпозитивную частицу.

7.1. Итак, в кударском диалекте осетинского языка выявлена частица, отсутствующая в других диалектах осетинского языка. Эта частица употребляется в определенных синтаксических конструкциях, влияя на ударение в синтагме. Каково же происхождение постпозитивной частицы -ы? Априори можно утверждать, что это очень древнее явление в кударском диалекте. Об этом можно судить хотя бы по тому факту, что данная частица объединяет три важнейших уровня языка – фонетику, морфологию и синтаксис. Описание частицы -ы только на одном из этих уровней практически невозможно. Явления, пронизывающие три языковых уровня, как правило, относятся к древнейшим пластам истории данного языка. 

Постпозитивная частица -ы, как было отмечено выше, отсутствует в иронском и дигорском диалектах осетинского языка (за исключением чисанского говора иронского диалекта, распространенного в Южной Осетии). Все случаи расхождений кударских слов и грамматических явлений с фактами иронского и дигорского диалектов осетиноведение традиционно относит на счет влияния грузинского языка на диалекты Южной Осетии. Однако в грузинском языке постпозитивная частица -и не зафиксирована. Следовательно, происхождение рассматриваемой частицы в кударском диалекте следует связать с фактами другой языковой среды. Обратим внимание, в частности, на наличие вопросительных частиц в восточноиранских языках.

7.2. В ваханском языке отмечена приглагольная постпозитивная вопросительная частица -а || -о, ср: wuz təxun rəčəm, tu-t xun rəč-a? ‘я иду домой, а ты идёшь домой?’ [ЯВГ-ВЯ: 655]. Аналогичную функцию в сарыкольском языке выполняет вопросительно-восклицательная частица -(у)о, ср.: yam cεyz, čerm-o? ‘это что, черви?’ [СРС: 216]. Вопросительная частица -(у)о встречается и в ишкашимском языке, ср.: mьx-on joga nьst zůγd-o? ‘мы не захватили посуду?’ [Пахалина 1987: 536]. В ягнобском языке есть вопросительная частица -(у)о || -(у)а, cр.: našawomišt-o? ‘не пойду, а?’, nīγirivi-yo? ‘ты не знал, а?’, dūmoč xoy-a? ‘у него был зять, а?’, čof-a? ‘сколько, а?’ [Хромов 1987 : 700]. Ср. также постпозитивные вопросительные частицы в следующих иранских языках: шугнанском -(у)ō, -а ‘ли?, что ли?, разве?’ [ШРС, II: 339–340], рушанском -(у)ō, ī, ā, рошорвском -(у)ō ‘ли’ [Эдельман 1987: 343], таджикском (бадахшанский говор) -о, сангличском -ī, йидга -а, бартангском, хуфском -(у)ō, язгулямском -ə [ЭСВЯ: 76].

7.3. Происхождение данной частицы в иранских языках не совсем ясно. Г. Моргенстьерне сангличскую частицу -ī связывает с древнеиранским показателем оптатива -i-, -ai-, но тут же добавляет, что аналогичная постпозитивная вопросительная частица зафиксирована и в других иранских, а также индоарийских языках Гиндукушского региона [ЭСВЯ: 76]. По мнению Д. И. Эдельман данная индоиранская частица в памирских иранских языках, «очевидно, ареального происхождения» [Эдельман 1987: 343]. И. М. Стеблин-Каменский указывает, что вопросительная энклитика *-а (междометного происхождения) реконструирована и для картвельских языков [ЭСВЯ: 76]. О картвельских фактах Г. А. Климов пишет следующее: «Поскольку аналогичные форманты повторяются во многих иных языках (ср. -а в абхазско-адыгских, семитских и др.) можно предполагать их междометное происхождение» [Климов 1964: 42–43].

Действительно, приведенный список легко можно расширить как за счет русской вопросительной частицы а, так и за счет вопросительных частиц а, æ, и в осетинском языке. Аналогичные частицы известны едва ли не во всех языках мира. Но в отличие от них и, в частности, от осетинских вопросительных частиц а, æ, и, постпозитивная частица -ы всегда образует единый акцентуальный комплекс (единую синтагму) с теми членами предложения, к которым присоединяется. Не исключено поэтому, что у перечисленных частиц разное происхождение: осетинские частицы а, æ, и – скорее всего, междометного происхождения, тогда как постпозитивная частица -ы вместе с некоторыми из отмеченных иранских частиц может восходить к древнеиранскому показателю оптатива.

Примечания

(1) Частица -ы встречается и в чисанском говоре иронского диалекта осетинского языка, представленного в Южной Осетии. Все что говорится в нашей статье о частице -ы, полностью можно отнести и к чисанскому говору.
(2) В целом условные придаточные предложения всегда отвечают на вопрос, в осетинском обычно на вопрос кæд? “когда?” [Багаев 1982: 427].

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА

Багаев 1982 – Багаев Н.К. Современный осетинский язык. Часть II: Синтаксис. Орджоникидзе: «Ир».
Гæбулты 1988 – Гæбулты Мелитон. Зæронд куыройгæс: роман æмæ радзырдтæ. Цхинвал.
Гæззаты 1955 – Гæззаты С. Уацмыстæ. Сталинир.
Гуыцмæзты 1978 – Гуыцмæзты Михал. Комедитæ. Цхинвал.
Гуыцмæзты 1981 – Гуыцмæзты Алеш. Урс фынтæ: радзырдтæ. Цхинвал.
Гуыцмæзты 1993 – Гуыцмæзты Алеш. Азарут иронау, лæппутæ. Дзæуджыхъæу.
Дзиццойты 2008 – Дзиццойты Ю. Чысайнаг ныхасыздæхты цыбыр афыст. Цхинвал.
Климов 1964 – Климов Г. А. Этимологический словарь картвельских языков. М.
Нафи 2007 – Нафи. Хæрзбон, ссæдзæм æнус! Дзæуджыхъæу.
Пахалина 1987 – Пахалина Т. Н. Ишкашимский язык // Основы иранского языкознания. Новоиранские языки: восточная группа. М. С. 474–536.
Плиты 1986 – Плиты Мария. Агуындæ: роман. Цхинвал.
СКЯ – Климов Г. А., Халилов М. Ш. Словарь кавказских языков: Сопоставление основной лексики. М.: «Восточная литература».
СРС – Пахалина Т. Н. Сарыкольско-русский словарь. М., 1971.
Хромов 1987 – Хромов А. Л. Ягнобский язык // Основы иранского языкознания. Новоиранские языки: восточная группа. М. С. 644–701.
ШРС (II) – Карамшоев Д. Шугнанско-русский словарь. Т. II (1991). М.: «Наука».
Эдельман 1987 – Эдельман Д. И. Шугнано-рушанская языковая группа // Основы иранского языкознания. Новоиранские языки: восточная группа. М. С. 236–347.
ЭСВЯ – Стеблин-Каменский И. М. Этимологический словарь ваханского языка. СПб., 1999.
ЯВГ-ВЯ – Грюнберг А. Л., Стеблин-Каменский И. М. Языки Восточного Гиндукуша. Ваханский язык: тексты, словарь, грамматический очерк. М., 1976.

лингвистика Южная Осетия



Добавить комментарий
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Ваше сообщение:
   
Введите код:     
 
Выбор редакции
04.12.2017

О ситуации в Закавказье в современном геополитическом контексте, путях решения карабахского конфликта и идеологическом...

21.11.2017

Интервью главы Ассоциации политологов Армении Амаяка ОВАННИСЯНА.

22.07.2016

«Наши западники должны быть искренними и честными и объяснить народу, что ждёт Армению, если она изберёт...

11.07.2016

У нас сегодня пять направлений промышленного и сельскохозяйственного развития. Особенно хорошо развивается...

29.06.2016

В работе круглого стола, состоявшегося 25 марта 2016 г. в Институте мировой экономики и международных отношений...

20.06.2016

3 июня на своем очередном заседании Комиссия по внешним связям Национального Собрания Армении одобрила...

15.06.2016

Восточный фронт Германской войны простоял на территории Кореличского района Белоруссии почти два года....

18.11.2015

В середине августа с.г. в госслужбу по безопасности пищевых продуктов Минсельхоза Армении поступили...

10.05.2015

Сергей МАРКЕДОНОВ

21.01.2015

«Исламское государство» (ИГ) актуализирует угрозы в отношении соседних с Россией стран: в январе его...

Опрос
Сворачивание военных действий в Сирии

Библиотека
Монографии | Периодика | Статьи | Архив

29-й и 67-й СИБИРСКИЕ СТРЕЛКОВЫЕ ПОЛКИ НА ГЕРМАНСКОМ ФРОНТЕ 1914-1918 гг. (по архивным документам)
Полковые архивы представляют собой источник, который современен Первой мировой войне, на них нет отпечатка будущих потрясших Россию событий. Поэтому они дают читателю уникальную возможность ознакомиться с фактами, а не с их более поздними трактовками, проследить события день за днем и составить собственное мнение о важнейшем периоде отечественной истории.

РУССКАЯ ОСЕДЛОСТЬ НА КАВКАЗЕ: ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII – НАЧАЛЕ XX вв.
В исследовании раскрываются особенности формирования восточнославянской этносферы на российском Кавказе. Выделяется воздействие демографического фактора на результативность интеграционного процесса. Анализируются также конфессиональные аспекты проводившейся политики. Впервые в научный оборот автором вводятся сведения из различных источников, позволяющие восстановить историческую реальность освоения края переселенцами из центральных и юго-западных субъектов государства, в том числе представителями русского протестантизма (духоборами, молоканами, старообрядцами). Рассчитана на специалистов, всех интересующихся спецификой южных ареалов страны и теми изменениями, которые произошли в их пределах в период революционного кризиса и гражданской войны 1917– 1921 гг.

АРМЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
Крылов А.Б. Армения в современном мире. Сборник статей. 2004 г.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ОСОБЕННОСТИ «ВИРТУАЛЬНОЙ» ДЕМОГРАФИИ
В книге исследована демографическая ситуация в Азербайджанской Республике (АР). В основе анализа лежит не только официальная азербайджанская статистика, но и данные авторитетных международных организаций. Показано, что в АР последовательно искажается картина миграционных потоков, статистика смертности и рождаемости, данные о ежегодном темпе роста и половом составе населения. Эти манипуляции позволяют искусственно увеличивать численность населения АР на 2.0 2.2 млн. человек.

ЯЗЫК ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА: ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Анализ политических решений и проектов относительно региональных конфликтов требует особого рассмотрения их языка. В современной лингвистике и философии язык рассматривается не столько как инструмент описания действительности, сколько механизм и форма её конструирования. Соответствующие различным социальным функциям различные модусы употребления языка приводят к формированию различных типов реальности (или представлений о ней). Одним из них является политическая реальность - она, разумеется, несводима только к языковым правилам, но в принципиальных чертах невыразима без них...

УКРАИНСКИЙ КРИЗИС 2014 Г.: РЕТРОСПЕКТИВНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ
В монографии разностороннему анализу подвергаются исторические обстоятельства и теории, способствовавшие разъединению восточнославянского сообщества и установлению границ «украинского государства», условность которых и проявилась в условиях современного кризиса...



Перепечатка материалов сайта приветствуется при условии гиперссылки на сайт "Научного Общества Кавказоведов" www.kavkazoved.info

Мнения наших авторов могут не соответствовать мнению редакции.

Copyright © 2019 | НОК | info@kavkazoved.info