На главную страницу Карта сайта Написать письмо

Публикации

ЛИБЕРАЛЫ В БРЮССЕЛЕ НАЧАЛИ ОСОЗНАВАТЬ ОПАСНОСТЬ ИСЛАМСКОГО РАДИКАЛИЗМА?

Публикации | Яна АМЕЛИНА | 29.03.2016 | 17:06

На днях Международная кризисная группа (МКГ — некоммерческая международная организация со штаб-квартирой в Брюсселе, занимающаяся «укреплением способности международного сообщества прогнозировать, понимать и действовать в целях предотвращения и сдерживания конфликтов») представила доклад «Джихад на экспорт? Северокавказское подполье и Сирия». Материал продолжает проект МКГ, «направленный на широкое освещение проблем насильственного экстремизма и современных конфликтов». Полевые исследования проводились с ноября 2015 года по январь 2016 года в Дагестане, Москве, Стамбуле, Анкаре и Лондоне. Выбор мест достаточно специфичен, но это гораздо лучше, чем если бы доклад писали непосредственно в столице Европейского союза.

Удивительно, но это тот редкий случай, когда со многими положениями документа, подготовленного «аналитиками с правозащитным уклоном», можно, пусть с некоторыми оговорками, но согласиться. Правда, под конец, особенно в разделах, посвященных мотивации сторонников запрещенной в России террористической организации, именующей себя «Исламское государство», и рекомендациям по недопущению радикализации молодежи, группа все-таки свернула на привычный исламистско-либеральный путь. Начав за здравие, кончили, как обычно, за упокой, но удивительно при этом не второе, а первое. Возможно, это свидетельство того, что опасность радикального исламизма все больше осознается даже в самых отъявленных либеральных кругах, ранее от души симпатизировавших бородачам с зелеными повязками. Лиха беда начало — может быть, и международная коалиция по борьбе с ДАИШ (ИГ) на фоне этого понимания наполнится реальным содержанием.

Что касается доклада МКГ, то его авторы справедливо исходят из того, о чем уже неоднократно говорили аналитики: в преддверии сочинской Олимпиады-2014 был нанесен практически смертельный удар по запрещенной в РФ террористической организации «Имарат Кавказ» (ИК), понуждая желающих присоединиться к «джихадистам» к отъезду на Ближний Восток. Северный Кавказ был зачищен, жизнь боевиков исчислялась месяцами, тогда как сирийские события сулили более «интересное» развитие событий. Из России потянулся ручеек (называть его полноводной рекой не приходится даже с целью пропагандистского преувеличения) потенциальных боевиков, вливавшихся в ряды как ДАИШ, так и противостоящей ему «Джебхат ан-Нусры» и других экстремистских организаций. При этом силовики способствовали выезду радикалов, а власти криминализовали участие в вооруженных формированиях за рубежом «в целях, противоречащих интересам Российской Федерации».

Вторая отмеченная МКГ причина миграции исламистов на Ближний Восток «относится к привлекательности ИГ для части радикальной северокавказской исламистской молодежи, идеологической альтернативе, которую оно предлагает, и обещании искоренить первопричины местных и глобальных конфликтов». Об отсутствии позитивной идеологической альтернативы самому ДАИШ, привлекательной для пассионарной исламской молодежи, уже неоднократно приходилось писать.

В докладе достаточно объективно обрисована роль Турции в создании благоприятных условий для радикалов с Северного Кавказа. «Накануне Олимпиады, когда в России началось активное наступление на салафизм, Турция стала популярным направлением как для российских джихадистов, использовавших ее для транзита в Сирию, так и для мирных консервативных мусульманских семей, которые сделали эту страну своим новым домом, — констатируется в документе. — "Новые мухаджиры" (иммигранты) из России образовали тесно связанные, почти самодостаточные общины, в основном в Стамбуле и его пригородах. До тех пор, пока в 2015 году в Турции не произошли инспирированные ДАИШ теракты, власти несильно беспокоили и тех, и других. Русскоговорящие представители ДАИШ, которые помогали новоприбывшим пересечь сирийскую границу, могли спокойно осуществлять свою деятельность. Несколько высокопоставленных представителей и идеологов ИК, которые переправляют людей в группировки, не относящиеся к ДАИШ, по сообщениям, также оперируют на территории Турции».

Но вот далее в докладе фигурирует все больше спорных или ложных тезисов. Верно констатируя, что «социальный статус и склонность к радикализму не коррелируют — многие люди живут в тяжелых условиях, но лишь единицы радикализуются до такой степени, чтобы примкнуть к ДАИШ, ответственность за поведение этих «единиц» МКГ возлагает почему-то на российские власти. Те, мол, не смогли устранить причины проблем, которые питали северокавказское подполье, «несмотря на некоторые видимые достижения в социально-экономической сфере и шаги по борьбе с коррупцией, предпринятые в отдельных республиках». Но и авторы доклада правильно делают акцент не на социально-экономических, а на религиозных аспектах мотивации радикалов. Кроме того, пишут они, «наряду с религиозной составляющей, одни видят в ИГ свой шанс начать новую жизнь, другие — привлекательный проект, дающий возможность реализовать свои амбиции».

В документе Международной кризисной группы приведен показательнейший пример. «К ИГ присоединяется много вдов убитых членов подполья, — рассказывается там. — В России жизнь таких вдов и женщин, чьи мужья осуждены за преступления, связанные с деятельностью подполья, практически невыносима…Так называемый махачкалинский женский джамаат (группа молодых женщин, которые выходили замуж за боевиков, а после того, как их первого мужа убивали, снова выходили замуж за джихадистов) силовики обвиняли в том, что они пособницы или прямые участницы подполья». Сейчас большинство членов этого «джамаата», «печальная судьба» которых не вызывает ни малейшего сочувствия (некоторые вдовы террористов даже имели наглость обращаться за пенсиями по потере кормильца к государству, против которого с оружием в руках боролся их ликвидированный супруг-убийца), покинули пределы РФ. Скатертью дорога!

Из той же серии и рассуждения о поисках в ДАИШ некоей «справедливости», якобы недоступной на Северном Кавказе, где «авторитаризм, клановость, неравенство и экономика, погрязшая в коррупционных практиках госчиновников, ведут к разочарованию среди молодежи, которая не может достойно жить на родине». «Многие окончили местные вузы и рассчитывают на хорошую работу, но рабочих мест мало, а те, что есть, — физический, низкооплачиваемый труд», — печалятся авторы доклада, некритично воспринимая эти непонятно на чем основанные «расчеты» молодежи, которая мало что умеет, но трудиться не хочет, претендуя при этом на «достойную жизнь». И находит ее в ДАИШ, где боевикам предоставляют «квартиры, отобранные у выселенных "неверных"».

«В России — острейшая нехватка справедливости: отсутствие верховенства права, неподотчетность властей, невозможность общественности влиять на процесс принятия решений; низкое качество государственного управления; коррупция; экономическая отсталость создают благоприятную почву для процветания джихадистской идеологии, — безосновательно утверждается в докладе МКГ. — Тем, кто формирует политику в России, следует признать, что ИГ манипулирует законным недовольством, накопившимся на Северном Кавказе, эксплуатирует его, а также пользуется чувством ущемленности в правах, униженности, гонимости, которое господствует среди в большинстве своем не склонных к насилию мусульман-фундаменталистов». Однако оправдать кровавый беспредел «нехваткой» в России справедливости у террористов, без всяких угрызений совести селящихся в чужих квартирах, никак не получится. Как и педалированием темы «законного недовольства», хорошо раскрытой на вышеприведенном примере с вдовами убийц, выходящими замуж за следующего, как только «шлепнут» первого мужа.  

Конечно, аналитики-правозащитники изменили бы себе, если бы не упомянули о «жестких репрессиях» силовиков, которые, дескать, и «подталкивают молодежь к крайней радикализации и вооруженному джихаду». Заметна и определенная снисходительность к возвращающимся из ДАИШ боевикам, многие из которых, оказывается, разочаровались в этом проекте и «не совершали насильственных действий» (как будто это можно доказать чем-то, кроме их собственных слов). А потому к ним надо применять «несиловые стратегии дерадикализации» — проще говоря, не сажать в тюрьму, а «адаптировать» для жизни в нормальном обществе.

Однако если наше общество действительно нормально, что явно демонстрирует активная борьба силовиков против всех форм радикального исламизма, то возвращаться в Россию боевики должны исключительно через «штрафбат» — тюремные сроки, которые могут быть сокращены лишь в случае деятельного покаяния (например, в форме участия в информационно-пропагандистских мероприятиях, разъясняющих суть ДАИШ и прочих террористических структур). Утирать кровавые сопли «бедным оступившимся детям» — не наш метод.

Методы «дерадикализации», которые предлагает МКГ, также не могут быть признаны подходящими. Авторы доклада полагают, что «идеологическое противодействие радикализации должно основываться на салафитской религиозной аргументации», тогда как официальное духовенство «едва ли способно повлиять на фундаменталистскую молодежь, для которой не является авторитетом в силу своего сотрудничества с властями и догматических разногласий». Что ж, значит, молодым радикалам, не желающим слушать старших, придется сидеть в тюрьме или совершать «хиджру» (переселение) в другие, более подходящие им государства. Удерживать их никто не станет — только вздохнут с облегчением.

МКГ считает угрозы в сфере безопасности, связанные с возможным возвращением в Россию северокавказских боевиков с Ближнего Востока, достаточно серьезными. ДАИШ может использовать свою базу поддержки на Северном Кавказе для осуществления крупных нападений на территории России, указывают авторы доклада. И с этим выводом, в отличие от некоторых других, трудно не согласиться.

По материалам: Русская Планета

 

безопасность Ближний Восток ислам Кавказ терроризм Турция



Добавить комментарий
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Ваше сообщение:
   
Введите код:     
 
Выбор редакции
24.07.2016

И. Алиев в своем выступлении на саммите в Варшаве высоко оценил «поддержку...

22.07.2016

«Наши западники должны быть искренними и честными и объяснить народу, что ждёт Армению, если она изберёт...

19.07.2016

Мэр Кисловодска Александр КУРБАТОВ: «Я стараюсь выстраивать политику города в таком направлении, чтобы...

11.07.2016

У нас сегодня пять направлений промышленного и сельскохозяйственного развития. Особенно хорошо развивается...

29.06.2016

В работе круглого стола, состоявшегося 25 марта 2016 г. в Институте мировой экономики и международных отношений...

20.06.2016

3 июня на своем очередном заседании Комиссия по внешним связям Национального Собрания Армении одобрила...

15.06.2016

Восточный фронт Германской войны простоял на территории Кореличского района Белоруссии почти два года....

18.11.2015

В середине августа с.г. в госслужбу по безопасности пищевых продуктов Минсельхоза Армении поступили...

10.05.2015

Сергей МАРКЕДОНОВ

21.01.2015

«Исламское государство» (ИГ) актуализирует угрозы в отношении соседних с Россией стран: в январе его...

Опрос
2016 год на Южном Кавказе:

Библиотека
Монографии | Периодика | Статьи | Архив

АРМЕНИЯ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
Крылов А.Б. Армения в современном мире. Сборник статей. 2004 г.

АЗЕРБАЙДЖАНСКАЯ РЕСПУБЛИКА: ОСОБЕННОСТИ «ВИРТУАЛЬНОЙ» ДЕМОГРАФИИ
В книге исследована демографическая ситуация в Азербайджанской Республике (АР). В основе анализа лежит не только официальная азербайджанская статистика, но и данные авторитетных международных организаций. Показано, что в АР последовательно искажается картина миграционных потоков, статистика смертности и рождаемости, данные о ежегодном темпе роста и половом составе населения. Эти манипуляции позволяют искусственно увеличивать численность населения АР на 2.0 2.2 млн. человек.

ЯЗЫК ПОЛИТИЧЕСКОГО КОНФЛИКТА: ЛОГИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ
Анализ политических решений и проектов относительно региональных конфликтов требует особого рассмотрения их языка. В современной лингвистике и философии язык рассматривается не столько как инструмент описания действительности, сколько механизм и форма её конструирования. Соответствующие различным социальным функциям различные модусы употребления языка приводят к формированию различных типов реальности (или представлений о ней). Одним из них является политическая реальность - она, разумеется, несводима только к языковым правилам, но в принципиальных чертах невыразима без них...

УКРАИНСКИЙ КРИЗИС 2014 Г.: РЕТРОСПЕКТИВНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ
В монографии разностороннему анализу подвергаются исторические обстоятельства и теории, способствовавшие разъединению восточнославянского сообщества и установлению границ «украинского государства», условность которых и проявилась в условиях современного кризиса...

РАДИКАЛИЗАЦИЯ ИСЛАМА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
Монография посвящена вопросам влияния внутренних и внешних факторов на политизацию и радикализацию ислама в Российской Федерации в постсоветский период, а также актуальным вопросам совершенствования противодействия религиозно-политическому экстремизму и терроризму в РФ...

МИГРАЦИЯ И ЯЗЫК. ПУШТУНЫ В ПАКИСТАНСКОМ ВЫСОКОГОРЬЕ
Анализ миграционных процессов и этнолингвистической ситуации в различных частях иранского мира могут дать дополнительное понимание реалий Кавказского региона. Работа немецкого исследователя Маттиаса Вайнрайха, изданная Кафедрой Иранистики Ереванского государственного университета, посвящена вопросам языка и языковой среды пуштунских мигрантов севера Пакистана. Основная цель работы  - анализ роли пуштунских мигрантов в многоязычной среде региона и влияния этой среды на выбор модели коммуникации и языка общения. Книга, практически целиком основанная на полевом материале автора, может представлять интерес для широкого круга востоковедов, социологов и социолингвистов.



Перепечатка материалов сайта приветствуется при условии гиперссылки на сайт "Научного Общества Кавказоведов" www.kavkazoved.info

Мнения наших авторов могут не соответствовать мнению редакции.

Copyright © 2017 | НОК | info@kavkazoved.info